Сказка На Ночь I: Перерождённый

- Помирать так с музыкой!

Мрак опустил двуручник. Девушка едва заметно выдохнула, прижала жезл к груди.

- Знаешь, - прогудел рыцарь из-под шлема. – Я тут подумал, и пришёл к мысли, что мне наплевать. Пусть хоть весь мир горит синем пламенем, но тебя я достану!

- Моя прелесть, моё сердечко, - шепнула Белла и, осторожно обхватив коготками сферу, извлекла её из птичьей лапы жезла, быстро прижала артефакт к тому месту, где должно было находиться её собственное сердце. Туманная сфера легко прошла сквозь жёсткую кожу пиджака, сквозь чёрный корсет, окованный тонкими эластичными полосками металла, сквозь шёлк красной сорочки и проникла внутрь тела вампиреллы.

Она тут же выгнулась дугой, широко распахнув рот, силясь сделать вздох, а затем, медленно вращаясь, поднялась в воздух на пару метров, и также плавно опустилась на каменный пол. Кровавые глаза широко распахнулись, из них словно изливалось красное свечение, озарявшее торжествующую улыбочку на серых полных губах. 

- Значит, я вырву его вместе с твоим сердцем! – рыкнул Мрак, ускоряясь.

По Зубу Червя деревьями проросли трещины, и вершина обвалилась внутрь. Рыцарь мгновенно преодолел разделявшее их расстояние. Вампирша взвизгнула, но сумела увернуться от неотвратимо падавшего чёрного лезвия. Затем девушка метнулась в сторону и со всего маха нырнула прямо в стену пещеры, оставив лишь кровавое пятно на каменной поверхности. 

«Это её порталы! А если и я сигану? Была не была!» Мрак нырнул за ней в стремительно подсыхающее «окошко».

Он оказался на какой-то широкой улице, завешанной цветными фонариками и флажками, трепетавшими на лёгком летнем ветерке. Яркие разноцветные ленты украшали фасады зданий, балконы и столбы. На улице народ в маскарадных костюмах отмечал карнавал. Весёлое солнце, прочно укрепившееся на пронзительно-синем небе, озаряло всю эту шумиху и кутерьму. Мрак повертел головой, оценивая обстановку, и тут же заметил спину вампиреллы невдалеке. 

- А ну стоять-бояться! – проревел рыцарь и кинулся за ней.

Люди, сначала не обратившие на него внимания, резво шарахнулись в стороны, а Белла обернулась: глаза расширились, губы задрожали, кожа из чёрной стала серой. Но тут же рот сжался в линию. Девушка взмахнула рукой, и ближайший к ней человек захрипел, затрясся, его горло вспучилось, словно распираемое изнутри, кожа шеи лопнула и в приближающегося рыцаря ударила струя кипящей крови, сбивая с ног и впечатывая в припаркованный у обочины автомобиль. Завизжали женщины.