Сказка На Ночь I: Перерождённый

Несмотря на это, в ней нашлось место для небольшого письменного стола из тёмного дерева, за которым сидел немолодой мужчина. Лицо спокойное, полные губы и прямой мясистый нос, грубая кожа, вся в морщинах, как сухая глина в трещинах, ясные карие глаза, седые волосы сзади заплетены в косу, короткая квадратная борода опрятна и ухожена. Лет ему наверняка было много, но никто не посмел бы назвать его стариком. Одевался он в светлую льняную рубаху с синими завитками орнамента, и штаны такого же цвета, со змеящимися струйками рун.

Под босыми ногами лежал вышитый серый с зелёным половичок. Руки, со смуглой кожей, старательно вырисовывали на расправленном пергаменте витиеватые руны. Тройной подсвечник, с недавно поставленными свечами, да бездымные светильники по углам ярко освещали комнату и рабочий стол, не давая ночному мраку ни малейшего шанса проникнуть в уют терема.

 Сова резко сорвалась с козырька и судорожно хлопая крыльями улетела. Руки мужчины замерли, а сам он насторожился, словно зверь на охоте.

Спустя мгновение во входную дверь тихо то ли постучали, то ли поскреблись. Он втянул носом воздух, улыбнулся уголками губ, прикрыл глаза на секунду, сосредотачиваясь, а затем громко сказал:

 - Входите!

 Дверь отворилась, и в горницу проскользнули пять теней. Тьма, исходящая от них, приглушила приветливое свечение ламп, и в доме ощутимо повеяло холодком.

 - Здравствуй, рров-мар Тоовин! – произнесла одна из теней, самая маленькая и хрупкая, окружённая более массивными сородичами, назвав звание патриарха на его родном языке.

 Но не успела входная дверь захлопнуться, как её отворили снова и в терем вошли четыре коренастых парня в простых домотканых рубахах и холщовых штанах. Угрюмые лица явившейся на мысленный зов стражи не предвещали ничего хорошего для пришельцев.

 - И ты здрава буди, beessa Вероника! – не остался в долгу мужчина, сказав «королева» на языке пришедших. – А теперь отпусти свиту во двор с моими мальчиками, пусть там подождут, здесь ты в полной безопасности.

 - Я знаю, это так, дань традиции, не солидно, мол, мне без охраны путешествовать, – Королева откинула капюшон светопоглощающего плаща, высвободив длинные пряди белоснежных волос, и обратилась к своим спутникам: - Kiel vesa olput feurs!

 - Sa, beessa! – с глубоким поклоном ответила одна из теней, и свита вышла из дома вместе с сопровождающими их плечистыми парнями.