Наследие и Наследники2: Поход

Через пять часов скачки пара агентов министра смогла сменить лошадей на одной из имперских почтовых станций и наскоро пообедав, отправилась на встречу с секретарём Дезидерия - Рикульфом, что за свои предыдущие ошибки, особенно при “турнире на крови“ - был отправлен главным имперским министром присматривать, как обыкновенный начальник провинциальной агентуры, за тем как проходит подготовка плана с участием нового восстания ересиарха Руфуса и не стоит ли подбросить денег или оружия восставшим, что бы новый мятеж “честных” мог сразу же вспыхнуть с огромной силой и настолько напугать имперскую знать и жрецов, наследников императора и их провинциальных первых министров, что никто из них не воспротивится назначению единого командира на новый поход и перенаправлению их отдельных отрядов и  дружин, с подавления бунтов в Ромлее, Урдии и Амазонии - на искоренение старой ереси “святого и честного Светила”, олицетворением которой и являлся ересиарх Руфус, как для своих сторонников, так и ярых ненавистников его.

Пока Марк и Шильд скакали как одержимые, что бы скорее добраться до особняка в котором находился штаб агентуры Дезидерия что и занимался подготовкой нового появления на политической арене давнего затворника и пленника, праведника Руфуса - самого старика, со всевозможным пииитетом и вниманием, осмотрел личный лекарь барона Гундобада и к немалой радости своего хозяина, сообщил барону следующее: старик опоен каким то составом, но не ядом, скорее настойка хмельная или снадобье для сна, отсюда и все его заторможенные действия и медлительность в движениях и при ответах на вопросы.

По словам лекаря выходило, что Руфус сейчас нуждается в отдыхе, после чего, например утром, его следовало как следует накормить, но без вина или чего подобного и позволить принять ванну, в которой старик пожалуй нуждался более всего и лишь потом начинать полноценные беседы с ним.

С максимально возможной осторожностью и почтением, вялого Руфуса, что всех благословлял, отвели в его новые покои и приставив к дверям стражу, из пяти вызвавшихся добровольцев, бывших ветеранами ещё первого мятежа “честных” - остальные вернулись к праздничному трапезному столу, в большой зале замка.