Путь Культиватора

Когда Ранд подошел на расстояние нескольких десятков метров от Эйрона, тот также его заметил, и, перестав рассматривать талисманы, направился ему на встречу.

— Старший Оберин, у тебя всё хорошо? Какой-то у тебя нездоровый вид. — поинтересовался Эйрон, увидев бледное и искривлённое от боли лицо Ранда.

Взглянув на эту обожжённую фигуру, Ранд непроизвольно подумал, мысленно усмехаясь: «ха, от тебя подобное слышать вообще смешно. И с чего это тебе есть дело до моего состояния?». Но свои мысли Ранд озвучивать не стал.

— Тебе показалось, у меня всё отлично. — ответил, сильно морщась, Ранд, и не прекращая неспешным шагом идти к лестнице.

— Понятно, видимо, сейчас не лучшее время для небольшой беседы. Ты уже выбрал технику и сейчас ощущаешь последствия вливания большего количества информации в тело, в котором ещё слишком мало Ци. Как насчёт завтра немного побеседовать после занятия? Мне, кажется, нам есть, что обсудить.

Услышав эти слова своего одногруппника, Ранд резко остановился и посмотрел на обожжённое лицо Эйрона, на котором вследствие его увечья нельзя было прочесть никаких эмоций.

— О чём ты хочешь побеседовать со мной, младший Эйрон? — всё ещё болезненным голосом спросил Ранд, но было видно, что он старается подавить свою боль.

— Об одном нашем маленьком необычном друге. Думаю, что даже в таком состоянии ты понял о ком я говорю. — туманно ответил на вопрос Эйрон.

Эти слова заставили Ранда задуматься: «он имел в виду Виида. Тут не может быть никаких сомнений.

Он также заметил странности в нём? Но почему он решил обсудить это именно со мной, а не с кем-то другим, например с дьяконом? Очень уж непонятная эта ситуация, но именно поэтому нужно согласиться, чтобы её разгадать».

Ранд простоял пару секунд ничего не отвечая, как будто ему было трудно собраться с мыслями из-за головной боли, после чего он всё-таки проговорил:

— Хорошо, можем завтра поговорить после занятия. Надеюсь, что эта беседа не будет бессмысленной.

— На этот счёт можешь не беспокоиться, старший Оберин.

— пообещал Эйрон, а затем вернулся к изучению содержимого талисманов.

«В том, что он, как это сделал и я, мог разглядеть странности Виида, например его способность к убеждению, я не сомневаюсь. Допустим, что он также мог заметить мою некоторую подозрительность к Вииду, хотя я и старался её скрывать, но это возможно. И по причине моей подозрительности он мог выбрать меня для беседы среди всех остальных послушников.