На вершине бездны

— Как?! Какого чёрта?! — прохрипел Барт. — А как же встреча с этим… Как его там?! Будь он неладен!

— Я там, где должен быть, — ответил Карим. — У меня не осталось вопросов ни к «Всевидящему», ни к Богу. Здесь конец всех моих дорог, — приобняв Читану, добавил он.

— Что же! Думаю, не солгу, сказав, что нам будет тебя чертовски не хватать, — со вздохом произнёс Гаспар. — Ну, видимо, пришло время прощаться! — добавил он с грустной улыбкой и крепко обнял Карима.

— Спасибо тебе за всё, друг! Даст Бог, ещё встретимся! — пожимая руку ассасина, воскликнул Веласкес.

— Катись уже! — подтолкнув Веласкеса, сказал Барт. — Эти лицемеры всё врут. Здесь только я тебя уважал по-настоящему, — прохрипел пират и с примирительной улыбкой приобнял Карима.

— Что вы тут устроили?! — пробасил Эстебан. — Прощаетесь как перед казнью. Мы можем ничего не найти на том острове и вернуться, тогда вся эта процессия будет выглядеть глупо. Ладно, так или иначе, буду рад новой встрече, брат! — потрепав Карима за плечо и кивнув Читане, добавил здоровяк.

Последним на оракула и ассасина взглянул Тахо и, молча и почтительно склонив голову, лёгкой походкой последовал за остальными.

Покинув ворота замка, мужчины направились к бухте. Завидев корабль, Барт нахмурился.

— Какого чёрта эти болваны подняли паруса? — недовольно буркнул пират. — В такой ветер они отплывут вместе с пристанью.

— Проклятье! — выругался Веласкес, споткнувшись о корягу и рассыпав по песку корзину с яблоками.

— Ооо! — прохрипел Барт.

— Ничего страшного! — пробасил Эстебан, принявшись с остальными собирать рассыпанные фрукты.

— С вашего позволения, я не буду заниматься этой ерундой, а пойду приведу в чувства команду! — произнёс Барт. — Когда соберёте, не давайте ему корзину. Эти яблоки так долго зрели не для того, чтобы он на них падал.

Недовольно глядя на поднятые паруса, пират зашагал к пристани. На капитанском мостике виднелся силуэт Кимбо.

— Кимбо! Какого хрена тут происходит?! — прохрипел Барт, поднимаясь по корабельному трапу.

Ответа не последовало. Войдя на палубу, пират заскользил колючим взглядом по судну и остановился на неподвижной фигуре боцмана. Голова Кимбо была опущена, руки безвольно свисали как плети, грудь обвивала тугая верёвка, с помощью которой тело боцмана было привязано к доске. Сердце Барта мощным толчком ударило в виски.