На вершине бездны

Я чувствую его присутствие. Чувствую его дыхание, — с лёгким помешательством в глазах произнёс Тахо.

— О ком ты говоришь?! Это «Всевидящий»? Где же он? — озираясь по сторонам, сказал Гаспар. — Я никого не вижу. Здесь только мы.

— Ты не поймёшь, крестоносец. Его здесь нет, но он всюду. Смотрит. Освещает наш путь своими глазами, — проведя костлявой рукой по воздуху, произнёс индеец.

— Эти залы похожи на нескончаемый лабиринт, — опустив плечи и нервно выдохнув, заметил Веласкес. — Мне кажется, мы бродим по кругу в этих катакомбах.

— Здесь ещё надпись! — протерев перчаткой закопчённую стену, произнёс Гаспар. — «Истину познает смотрящий в зеркала».

— Очередной бред, — поёжившись, сказал Веласкес. — Смотрите! Снова трупы! Ещё тёплые! — добавил он, склонившись над одним из лежащих на полу монахов.

— Кажется, эти даже не сопротивлялись, — взглянув на несчастных, произнёс Гаспар. — Должно быть, Кобылину просто нравится убивать.

— Там, вдалеке! — махнув рукой вглубь каменного коридора, воскликнул Тахо.

— Что-то похожее на алтарь.

Вглядевшись в полумрак, Гаспар увидел очертания хорошо освещённого плоского камня, окружённого уходящими в потолок массивными колоннами.

— Надеюсь, «Всевидящий» ждёт нас там, — затягивая ремешок шлема, произнёс Веласкес. — Я безумно устал от всех этих странствий.

— Будем надеяться, что это так. И да будет он милостив и вернёт нас туда, откуда призвал, — сказал Гаспар и, освещая факелом путь, направился к светлому пятну в конце коридора.

Глава 39

Глава 39

— Сраные монахи! — сплёвывая кровью, выругался Барзола.

— Сколько их ещё здесь? — перешагивая через убитого, спросил он.

— Сколько бы ни было, нужно добраться до той реликвии, за которую они так отчаянно бьются, — вытирая рукавом разбитый нос, сказал Кобылин.

— Мы идём почти вслепую! Там, в конце, вполне может оказаться какая-нибудь золотая статуя их нелепого Бога, а не выход из этого подыхающего мирка, — заправляя саблю в ножны, нервно выпалил Барзола.

— Может, и так, — облизывая на губах запёкшуюся кровь, произнёс Кобылин.

— Только выбор у тебя невелик. Либо вперёд с надеждой на лучшее, либо назад — плавать разбухшим среди рыбной тухлятины.

— Пошёл ты, вонючий ублюдок, — вытирая выпачканные в крови подошвы о труп монаха, сказал Барзола.

— Капитан! Взгляните сюда! — раздался голос сержанта. — Тут какая-то книга.

Двинувшись к горстке солдат, столпившихся у освещённого каменного постамента, Барзола увидел лежащую на камне широкий фолиант.