На вершине бездны

— Почему не сменился?

— Всё в порядке, — глядя на тёплые лучи солнца, бьющие сквозь кроны, ответил крестоносец.

— Тебе нужно поспать, — положив руку на плечо Гаспара, сказал испанец.

Гаспар со вздохом кивнул. Выглядел рыцарь скверно, словно за эту ночь он на несколько лет постарел.

Несмотря на бессонную ночь, Гаспар так и не уснул. К полудню он, накинув на себя потрёпанный и неприметный плащ, отправился на старое кладбище. Наблюдая издалека за похоронами, он всё больше ненавидел себя. Ненавидел за то, что не пошёл в тот роковой вечер к ней, за то, что хотел уйти в путь, не попрощавшись.

На похоронах было много солдат. Как и сказал Карим, Гаспара и его товарищей ждали. Когда вереница родных и друзей потянулась от кладбища к городу, а солдаты, по приказу сержанта, двинулись им вслед, крестоносец не спеша приблизился к могиле. Подойдя к плоскому камню, плашмя лежавшему на груде сырой земли, Гаспар опустился на колени.

— Прости меня, — прошептал он.

По его бледной, заросшей щетиной щеке скользнула горячая слеза раскаяния и скорби. Проведя дрожащей ладонью по камню, на котором крупными буквами было выбито её имя, крестоносец поднялся и, не помня себя, пошатываясь, пошёл обратно.

Вернувшись в хижину, Гаспар отрешённо опустился на топчан у печи и закрыл глаза.

— Ты бы поел, Гаспар. Мы оставили тебе мяса, — раздался участливый бас Эстебана.

— Оставьте его, — тихо произнёс Тахо.

К закату вернулся Карим. Принёс еды и бутыль вина.

— Сегодня был суд, — выкладывая из корзины хлеб, сказал ассасин. — Годо и Валейтудо приговорили к смерти через сожжение. Завтра на площади их казнят, — угрюмо добавил он.

— Торопятся, суки! — откупоривая бутыль, прохрипел Барт.

— С контрабандистами всё в силе? — тревожно спросил Эстебан.

— В силе, — убирая со стола корзину, ответил Карим. — Кстати, это вам привет от них, — кивнув на еду и вино, добавил он.

— Ты и впрямь считаешь, что у нас хватит людей, чтобы отбить осуждённых? — прищурив свои маленькие чёрные глаза, спросил Веласкес. — Там будет весь гарнизон Ракши.

— Комендант многим знатным семьям наступил на горло, — отрезая кусок солонины, ответил Карим. — Народ тоже сыт беспределом властей по горло. По большому счёту это не они нам помогают, а мы им. Этот город только и ждёт удобного случая, чтобы закатить мятеж.