Ночные ведьмы

Солдаты ворвались в их дом через три дня после ее восемнадцатого дня рождения. Их было трое. Первый ударом сабли отрубил голову деду, вышедшему навстречу незваным гостям. Второй подскочил к закричавшей от ужаса бабушке и пронзил ее грудь длинным кинжалом. Третий же схватил оцепеневшую Беату и повалил на пол, явно намереваясь изнасиловать.

Магия захлестнула девушку, когда мужчина разорвал на ней юбку. Столб зеленого огня, вырвавшийся из ее ладошек, в секунду превратил обидчиков в пепел, а дом – в руины.

Беата плохо помнила, как выбралась из-под обломков.

Ее память сохранила лишь крики соседей, пытавшихся укрыться от захватчиков, зарево пожаров, а еще ярко-зеленые молнии, которые девушка, не помня себя от обжигающей ярости, метала в вооруженных людей в фиолетовых авалейских шапках.

Мы с Литой нашли Беату в лесу спустя сутки после инициации. Грязная и оборванная, она сидела под деревом и молча смотрела прямо перед собой.

Карл Деамоний ошибался, считая ночных ведьм кем-то вроде бешеных собак, которыми правит безумие.

О нет. Магия действительно лишает нас страха и сердечного тепла, но разум она оставляет на месте. Если у ведьмы хватило душевных и физических сил, чтобы перенести инициацию и не сгореть в собственном пламени, то впереди ее ждет новая жизнь – полная магии и обжигающего холода. При этом, у каждой инициированной возникает вопрос: зачем она такая нужна?

Вместе с родными людьми в нас умирает способность радоваться жизни. У нас было прошлое, есть настоящее, а будущего нет.

Мы его не видим и не хотим. Мы будто подвешены в воздухе. Будто после нападения убийц возможность и дальше ходить по земле нам не подарили, а дали взаймы. И теперь мы должны отработать свой долг.

Некоторые сестры, не выдержав этого странного неопределенного состояния, стремятся покончить с собой, а заодно отправить в пекло побольше вражеских солдат. Я же считаю, что так бездумно расходовать магический и человеческий ресурс нельзя.

Я, Юна Беллатор, придумала для себя и своих новых сестер четкую цель: прорвать вражескую оккупацию, чтобы верлионские воины могли прогнать авалейских псов с нашей земли.

Достигнуть этой цели непросто. Среди авалейцев есть много сильных умелых колдунов, которые находятся на службе у короля, и поддерживают регулярную армию своим искусством. Чародеи Верлиона тоже не лыком шиты и в прямом бою сопернику никогда бы не уступили.

Проблема в том, что в прямой бой авалейские колдуны вовсе не рвутся.