Бремя императора. Тропой мастеров

— Это не остроухая сволочь, батя, — высокомерно проинформировал отца Храт, — а мой соученик и кровный брат Тинувиэль Эллевалериэ, ненаследный принц из дома Хранящего Свет.

— Кровный брат?! — Старейшина едва не упал от такого известия. — Ты обезумел, мальчишка?! Мы тысячи лет воюем с ними!

— Последняя война закончилась больше тысячи семисот лет назад, — снова вмешался Лек. — Хватит уже враждовать. Поскольку Храт с Тинувиэлем — мои ученики, то они, что вполне естественно, стали кровными братьями.

В боевом братстве так принято. Мы все горные мастера, и неважно, кто из нас орк, кто эльф, а кто человек.

— Но... — попытался возразить пожилой орк, потом обреченно махнул рукой. — Создатель Миров! Это же додуматься надо было — стать кровным братом эльфа! Точно, гмырх, больше никому такое в голову не придет!

— Думаю, — ухмыльнулся Лек, — отец Тинувиэля скажет то же самое о братании с орком.

Только хватит бессмысленной ненависти. Да и поздно протестовать, они уже кровные братья, и ничего с этим не поделаешь. Подумайте, может, они только первые ласточки?

— Кто его знает... — тяжело вздохнул старейшина, избегая смотреть на хихикающего эльфа. — Не верю, что примирение возможно. Эта ненависть слишком въелась в память, ей слишком много тысяч лет. Миллионы погибших стоят между нашими народами, ни мы, ни остроухие ничего друг другу не простили и ничего не забыли, хоть и не видели извечных врагов очень давно.

В наших легендах эльфы изображены сущими чудовищами, в эльфийских, я думаю, наоборот.

— Но вот перед вами стоят два кровных брата, — возразил Лек. — Эльф и орк. Да, поначалу они тоже жаждали удавить друг друга. Но чем ближе знакомились, тем больше сходила на нет неприязнь. Храт, например, крокодильими слезами плачет, когда слышит пение Тинувиэля. Тот в восторге от того, как рисует ваш сын. Я показывал его рисунки лучшим художникам Тарсидара, они все в один голос утверждают, что парню нужно учиться, что он почти гениален, но техники никакой.

— Его пачкотня чего-то стоит? — искренне изумился пожилой орк. — Я-то думал, это он дурью мается...

— Нет, — развел руками горец. — Это дар Создателя Миров, как вы называете Единого. Храт по-настоящему талантлив. Вот, посмотрите, у меня есть с собой один его рисунок.