Бремя императора. Тропой мастеров

Внезапно обстрел прекратился. Картаги мгновенно оказались в ножнах, Лек подпрыгнул и буквально взлетел на ближайшее дерево. Резко качнувшись, горец перепрыгнул на соседнее и бесшумно понесся туда, откуда летели стрелы. Ученики, никогда не видевшие ничего подобного, застыли с открытыми ртами. Наверное, так летали между деревьями южных джунглей сказочные обезьяны. Или бибизаны? Кто их знает, как они там назывались, но больше никто не умел так.

Если бы кто-нибудь увидел сейчас Лека, то замер бы в восторге. Юноша двигался, почти не прилагая усилий, ни в одном, даже самом лучшем цирке не увидишь таких воздушных акробатов.

Он легко перелетал с дерева на дерево, с ветки на ветку, внимательно глядя вниз. Так, попался!

Между деревьями скользила едва видимая фигура в темно-зеленом плаще с капюшоном. Изогнутый непривычным образом лук был закинут за спину. Чего загадочный лучник явно не ждал, так это атаки сверху. Лек обрушился на него коршуном, буквально вбив в землю. Стукнув незнакомца ребром ладони по затылку, юноша скрутил его, использовав собственную перевязь.

Затем вскинул стрелка на плечо и бодро зашагал к поляне, на которой его ждали ученики.

Лека встретили три недоумевающих взгляда. Он улыбнулся и стряхнул добычу на траву. Лучник задергался. Надо же, пришел в себя! Крепок, сволочь, — после таких ударов быстро в себя не приходят. Опустившись на колени рядом с извивающимся пленником, юноша стащил с его головы капюшон. И отшатнулся: на него смотрели наполненные бессильной злобой миндалевидные глаза эльфа.

Совсем такие, как на гравюрах в старинных книгах.

Что за чудеса? Откуда здесь перворожденный?! Сквозь спутанные черные волосы пленника виднелись кончики остроконечных ушей. Плюс нечеловеческая, потрясающая воображение красота. Вспомнив слова мастера-наставника, Лек обалдело помотал головой, все еще не веря. Однако факт: вот и эльф. Только его и не хватало. Как там говорил Кертал? Скоморох, горец, аристократ, орк и эльф? Да, все совпадает.

Если эльф попросится в ученики, останется только смеяться, чтобы с ума не сойти.

— Задницу габта мне на голову... — растерянно сказал орк. — Остроухий... Ну ни дорхота себе!

— Тварь из ада! — с ненавистью прошипел пленник. — Будь проклят!

— Тю... — удивился Храт. — Чего я ему сделал-то? Одно слово — остроухая сволочь. Правду легенды говорят, только убивать и горазды.