Книга 2. Пожиратель Кланов

Тириан не смог отыскать в моём теле некоторых желёз; соляная кислота в желудочном соке стала в десяток раз более концентрированной; ворсинки внутри кишечника выросли в несколько раз и стали походить на щупальца какого-нибудь Ктулху; в разы выросла скорость кроветворения, а сама кровь стала гуще и темнее нормы; куда-то напрочь исчез аппендикс, хотя мне совершенно точно его не вырезали; между внутренними органами, у обычных людей довольно свободно лежащих в брюшной полости, начали появляться жёсткие фиксирующие связки, которые Тириану каждый раз приходилось рвать, а мышечные волокна начали менять структуру, перестраиваясь в пока что непонятную конфигурацию и, вероятно, никто во всём мире не знал, когда этот процесс остановится, и остановится ли вообще.

В общем, несмотря на то, что это не червь-поглотитель получил моё тело, а я получил силу червя, его влияние на меня определённо не ограничивалось одной только возможностью пожирать чужую силу. И что-то мне подсказывало, что чем дальше я зайду, тем происходящие со мной трансформации станут очевиднее.

Вот только иных вариантов не было. Если я хотел сражаться с империей и не попадать под контроль её паладинов, то мне было необходимо делать сильнее поглотителя в себе. А значит и превращений избежать бы не удалось. Оставалось только надеяться на то, что я смогу стать достаточно сильным до того, как это эти метаморфозы станут слишком заметны.

Так что, когда Тириан предложил попытаться купировать эти изменения с помощью своей силы, я отказался. Смысла в этом не было никакого.

А вот другое его предложение было уже куда интереснее.

Насколько я понял, штука была в том, что моё тело научилось значительно лучше, чем обычное, аккумулировать в себе энергию. Мои клетки могли поглощать в десятки раз больше энергии, чем обычные человеческие. И дело было далеко не только в общем увеличении моей силы.

По словам Тириана, если бы я решил полностью прекратить есть, то первые признаки истощения появились бы лишь через пару недель, а от голода я бы помер только месяца через четыре.

Теперь было понятно, куда девались все те тарелки еды, которые я с удовольствием сжирал по пять раз на дню, уже через пару часов вновь ощущая пустоту в желудке. Она вся, перевариваясь, запасалась в мышцах и тканях в качестве неприкосновенного запаса.