Дни Республики. Избранник

-Конечно сможешь,- улыбнулся беловолосый,- когда перестанешь полагаться на один лишь Дух, как простой человек, и начнешь использовать свою избыточную жизненную энергию, которой тебя наградила Природа. А для этого нужно много тренироваться и практиковаться. Приступай, если не боишься трудностей.

-Отлично! Я покажу, все, на что я способен!- воспылал стрелок, аж подпрыгивая на месте.

-Отличный настрой, Тамерлан,- ответил Шин,- соседнее дерево полностью в твоем распоряжении. Приступай. Ну а я пока вздремну.

-А безопасно ли вот так спать посреди леса?- усомнился Медный Избранник.

-Вполне,- успокоил его беловолосый, вытягиваясь на расстеленном плаще и подсовывая под голову свой верный рюкзак,- я же шаман. Звери да птицы предупредят об опасности. Верно, красавчик,- он поглядел на самца иволги, спустившегося с верхушки дерева, дабы встретится с настоящим шаманом – редким гостем в последние тысячелетие.

Желтенькая птичка, словно играя на флейте, утвердительно исполнила мелодичную песенку, весело подскакивая на ветке.

-Спасибо,- кивнул ей Шин,- А теперь,- на этот раз он обратился к Тамерлану,- я спать. Удачи тебе в тренировках,- подмигнув товарищу, он повернулся к нему спиной и закрыл глаза.

Недаром их называют лесными кошками – обеспокоенная иволга подобно мохнатым мурлыкам издает громкие странные звуки, словно истошно мяукает.

-Десять, значит,- под нос себе буркнул шаман, садясь на своей импровизированной лежанке,- скоро будут.

Он встал на ноги, потянулся, размял шею и огляделся по сторонам. Тамерлан, усыпанный щепками, бесчувственно спал, обняв ствол изрядно потрепанного деревца. Руки кочевника были разбиты в кровь.

-Молодец,- умиленно выдохнул шаман,- отдал всего себя тренировке. Похвально. Даже почти повалил своего противника.

Его увлеченную беседу с самим собой прервал шелест листвы. Затем приглушенный треск – кто-то случайно задел ветки, ели слышная ругань и звук глухого подзатыльника.

Спустя несколько секунд разбойники вышли к лагерю Избранников. Абсолютно разношерстная толпа: один со сверкающей под холодными звездами лысиной, другой с длиннющей, чуть ли не до пояса бородой, третий скрюченный карлик, четвертый напротив здоровенный мускулистый детина. Разные люди с разными судьбами собрались в этой кампании. Объединило их лишь жажда наживы, да пробудившийся голод.