Менестрель. Книга первая

Неужели ты не видишь тех последствий, которые непременно начнутся, если информация отсюда уйдёт в мир? Неужели тебе чужда наша идея объединения двух народов в один сплочённый социум?

Эльф задумался. Поджал губы, постоял так несколько секунд в задумчивости, а затем, встав по стойке смирно, чётко произнёс:

– Я не могу предать свой народ! – и по слогам: – Не-мо-гу!! Это у вас – у людей, за предательство «хлоп» и голова с плеч. А у нас – у эльфов – привяжут верёвками к корням Древа Жизни и корни эти будут, впиваясь в тело, пить кровь до тех пор, пока нарушавший закон не умрёт.

И продолжаться это может очень и очень долго, – поёжился и, ощутив, как его вновь подморозили, продолжил: – Поэтому нет, нет и ещё раз нет! За какую-то эфемерную идею об объединении и дружбе я свой народ не предам.

Лорд Фаербол прикрыл глаза, раздумывая над тем, что ему необходимо в такой непростой ситуации предпринять. Ситуация была крайне неоднозначная и маг понимал, что решение для него будет непростое.

«Хочешь не хочешь, а о данном эпизоде никто узнать не должен! А, значит, и секретарь отсюда живым тоже не выйдет», – горестно подумал он, собираясь озвучить нерадостную для секретаря новость.

Однако, как всегда неожиданно, в его голове прозвучали последние слова, что были сказаны эльфом.

Он, посмотрев на секретаря, спросил:

– Не хочешь молчать за эфемерную идею? Гм, а что, если она будет не такой уж эфемерной?

– Пустые разговоры, – отмахнулся секретарь.

Но маг огня увидел в глазах своего работника зажёгшийся огонёк интереса.

Он знал Филииля уже больше года и умел видеть его настроение. Сейчас помощник ждал предложения.

И дождался…

– Пять сотен золота, – ровным тоном произнёс глава Совета, решив гигантской суммой сразу же сломить волю подчинённого.

Однако тот хоть и был небогат, ибо, находясь на службе, получал небольшой оклад, но проявил характер и, высоко подняв подбородок, надменным тоном высокомерно заявил:

– Ни один эльф никогда не предаст свой народ за смехотворные пятьсот голды.

Такой пассаж сильно удивил Пламеня, ведь сумма, что предлагалась эльфу, была равна его жалованию за год.

Однако отступать было нельзя, поэтому маг огня повысил ставку.

– Семьсот!

– Ни один эльф никогда…

– Восемьсот.

– Ни один эльф…

– Девятьсот.

– Ни один…

– Тысяча!

– Ни…

– Извини, Филииль, но это последняя цена, – отрезал Фаербол. – За тысячу голды можно завербовать наёмных убийц, и они закопают тебя так глубоко, что ни один эльф никогда не найдёт.