Младший брат дракона

Это сделал бы каждый, – буркнул Дилль. – Даже этот варвар, не будь он столь пьян.

– Значит, сударь, он ваш друг? – хихикнула девушка.

– Да, мы с ним в одном отряде служим, – вздохнул Дилль.

– Так вы тоже драконоборец? – веселье мигом сошло с лица служанки. – Ой, как жалко! А вы такой молодой ещё…

– Гунвальд рассказал где служит? – догадался Дилль.

– Да, пока совсем не окосел от вина. А вас за что упекли в драконоборцы? Ой, я, наверное слишком любопытна?

– Видишь ли, девушка, – снова "распушил перья" Дилль, – меня не упекли, а лично король призвал на помощь против Неонинского чудовища.

Сказал, господин Диллитон… меня Диллитон зовут… так вот, король мне и говорит, господин Диллитон, без вас государство гибнет…

– Вы с Его Величеством разговаривали? – изумилась служанка.

– Ну, конечно! Когда он услышал, как я сразил дракона под Тригородом, то понял, что без меня…

– Так вы уже сражались с драконом?

– Если бы сражался! Просто вспотрошил его, как овцу, – как можно небрежнее сказал Дилль.

– На мой взгляд ничего особенного не произошло, но Его Величество впечатлился.

Час спустя Дилль, окружённый уже десятком слушателей, услышал бой колокола, возвещавшего шесть часов вечера. Он поднялся и объявил, что вынужден уйти, так как ему ещё предстоит визит к королевскому министру.

– Сами понимаете, они же без меня никуда. Как до сих пор со страной управлялись – не понимаю. Эй, хозяин, сколько с меня причитается?

Хозяин кабака рассыпался в любезностях – благодаря безудержной болтовне Дилля, привлёкшей посетителей, он за полдня сделал двухдневную выручку, что однако не помешало ему содрать с великого драконоборца три серебряных окса.

Дилль небрежно расплатился, дал ещё один сребреник симпатичной служанке и, чувствуя себя если не королём, то, как минимум, графом, пошёл к выходу. Но остановился – в углу вовсю храпел каршарец, который за время, проведённое Диллем в кабаке, умудрился высосать ещё два кувшина вина и теперь беззаботно спал. Дилль попробовал разбудить Гунвальда, но понял, что легче заставить памятник императору Гариалю сойти с пьедестала, чем привести в чувство пьяного варвара.

– Вот какое мне дело до того, как накажет маг этого чурбана? – спросил сам себя Дилль. – Вдруг превратит в трезвенника? А что, варвару только польза будет. Пусть себе спит, а я пойду.

Дилль вздохнул – само собой, никуда он без Гунвальда не пойдёт.