Младший брат дракона

– Эти пузырьки оставим для начала, эликсир будем разливать по кружкам, а торгашу продадим оптом. Гунвальд, сходи, купи у хозяина пару больших кувшинов.

Постепенно к кабаку начали собираться люди, присланные Шабертом. Одних Дилль сразу забраковал, найдя, что вид у них не внушает нужного доверия, другие оказались несколько… туповатыми – они так и не смогли понять, что от них требуется. В итоге Дилль выбрал пятерых, чьи внешность и сообразительность оказались на достаточном уровне, и принялся объяснять им предстоящую задачу.

Хозяин "Стойла" – здоровенный Рохмиро, хмурился, не понимая, зачем все эти люди собираются в его заведении, если ничего покупать не собираются. Дилль, уловив недовольство Рохмиро, пообещал оплатить временные неудобства. Заодно попросил – за отдельную плату, разумеется, подыскать ему "покупателей":

– Рохмиро, нет ли у тебя на примете людей, которые смогут купить у этого монаха эликсир и заработать на этом сребреник?

Хозяин кабака усмехнулся в чёрную бороду и кивнул.

– Ладно, пройдусь по соседям. Но чтоб без обмана насчёт оплаты.

Когда вернулся Гунвальд с кувшинами, Дилль отправил мальчишек наполнять их водой. Сам каршарец снял с головы шлем, пригладил волосы и прошёл на кухню.

– Берите прямо из лужи, да чем грязнее будет лужа, тем лучше, – напутствовал Дилль мальчишек. – А ты, Герон, сразу же запечатай кувшины.

И не забудь обтереть, чтобы вид у нашего эликсира был товарный. Я пока займусь…

Дилль не успел договорить – из кухни послышались возмущённые женские вопли, и в общую залу вывалился Гунвальд с мокрыми волосами. Вслед за ним бежала Линда, держа за ручку осколок кувшина.

– Кобель несчастный! Я тебе покажу "увивалась"! Вот погоди, сейчас сковороду возьму!

Каршарец с грацией несущегося бизонобыка пронёсся мимо Дилля и Герона, за ним промчалась разъярённая служанка.

Хозяин кабака проводил взглядом убегающего варвара и, решив, что Линда сама справится, удалился на кухню. Дилль и монах обменялись улыбками и принялись в деталях обсуждать предстоящее мероприятие.

Когда часы на главной башне пробили полдень, в квартале чародеев появилась повозка. Под уздцы лошадь вёл монах церкви Единого с низко надвинутым капюшоном, из-под которого выглядывала только борода.