Младший брат дракона

Высокий господин, чей костюм был обшит золотыми позументами так густо, что основной ткани почти не было видно, брезгливо поморщился при виде варвара и сделал скучающую мину, всем своим видом показывая, что он понапрасну теряет здесь время. Маг Эрстан, сначала оторопело разглядывавший полосато-шерстяную одежду варвара, когда вник в смысл спора, вмешался.

– Эрек, прекрати! Хочет ехать в одеялах – пусть едет.

– Но он же в монахи себя записал! – возмутился десятник. – Самозванец.

– Он такой же монах, как и ты.

Эрек, да заткнёшься ты или нет?!! – прошипел маг, видя, что десятник собирается вновь возмущаться. – Дай сказать господам мастерам из Академии.

Эрек только сейчас заметил прибывших и заорал "Отряд, смирно". Драконоборцы отреагировали на команду только тем, что перестали громко смеяться – до настоящей воинской дисциплины им было ещё очень далеко. Эрек сквозь зубы пробормотал "вас бы ко мне на пару месяцев…", поправил шляпу и отдал честь новоприбывшим по всем правилам воинского артикула.

– Доброго вам дня, господа драконоборцы! – громко сказал тот из старцев, что был повыше ростом.

Второй маг приподнял островерхую шляпу и приветственно кивнул – при этом пышная копна седых волос на его голове колыхнулась, отчего он сразу стал похожим на одуванчик на ветру. Господин "золотые позументы" сделал движение тростью, показывая, что присоединяется к словам мага. Оратор достал бумагу из расшитого бисером кошеля – Дилль отметил, что документ выглядит уже изрядно потрёпанным, и, ничуть не смущаясь, принялся читать текст.

– Вы – храбрейшие из храбрейших! На вас смотрит весь Ситгар, как на героев, достойных воспевания в эпосах. Вы – единственную надежда населения Неонина на возвращение к мирной жизни. Кровожадное чудовище…

Дилль перестал слушать главного мага. Неяркое зимнее солнце, тем не менее, ощутимо пригревало; воробьи, беспрестанно чирикая, купались в луже на краю плаца; с улицы раздавались призывные крики разносчиков хлеба и пирожков.

Жизнь в Тирогисе била ключом, но, увы, вскоре Дилль ничего этого не увидит. А маг, словно издеваясь, зачитывает по бумажке приветствие, которое, несомненно, уже знает наизусть. Дилль громко и демонстративно вздохнул, всем своим видом показывая, что не желает слушать дежурные фразы. Видимо, Гунвальда одолевали подобные мысли, потому что каршарец не менее громко и ещё более демонстративно с подвыванием зевнул, чуть не вывихнув при этом челюсти.