Младший брат дракона

И, может быть, его слова о шпионе Хивашского каганата в академии – правда, потому что он и есть тот самый шпион. Неужели прокуратор Крюэль был прав, когда обвинил Адельядо в предательстве?

*****

В первый день пути Дилль так отбил свой тощий зад о седло, что к моменту прибытия на почтовый ям в Молчальном, едва смог слезть с коня. А когда слез, застыл, как старый дед, которого прихватил ревматизм – ноги Дилля одеревенели, а спина не разгибалась. Гунвальд вообще просто вывалился из седла, и теперь лежал на земле, ругаясь и пытаясь встать на непослушные ноги.

К тому времени, когда Дилль и Гунвальд смогли передвигаться, Герон уже успел расседлать своего коня. Он посмотрел на друзей, проворчал что-то нелестное о потомственных горожанах и пеших варварах, и принялся рассёдлывать их лошадей.

Дилль, чувствуя себя деревяшкой, зашагал к дому, за ним походкой зомби поплёлся Гунвальд. Внутри драконоборцы уже искали себе место для ночлега, ругались из-за тощих тряпичных матрасов и каждый желал устроиться поближе к печке.

Эрстан, видимо привычный к подобной ситуации, отправил десять человек занимать места на втором этаже, остальным велел построиться, после чего начал командовать:

– Так, первый, берёшь матрас, ляжешь у стены. Второй – твоё место рядом. Теперь третий…

Вскоре весь отряд драконоборцев был распределён. Дилль и Гунвальд, а также Герон, пришедший самым последним, оказались практически у входа. Дилль поёжился – из щели под дверью несло холодом.

– Я утром не встану.

Замерзну. Гунвальд, ты меня понесешь.

– Не понесу – я сам превращусь в хладный труп, – проворчал каршарец.

– Слушайте, а зачем мы будем мучиться на жёстких матрасах на полу, если в конюшне полно мягкого сена? – спросил Герон. – И там теплее. Правда, там лошадками пахнет, но здесь, думаю, к утру будет пахнуть гораздо сильнее и неприятнее, чем на конюшне.

Поглядев на Йуру, снимавшего портянки далеко не первой свежести, Дилль согласился с Героном. Наскоро перекусив, друзья отправились на конюшню.

Дилль счёл нужным предупредить Эрстана – "вдруг маг решит, что мы сбежали и какое-нибудь зловредное заклинание наложит". Вообще-то Дилль хотел поговорить с Эрстаном о своих подозрениях насчёт амулетов и некромагии, но сил после тяжёлого перехода у него совсем не осталось.

– Завтра поговорю, – буркнул он, рухнул в кучу душистого сена и моментально уснул.

Однако и на следующий день Диллю не удалось поговорить с Эрстаном.