Четыре стихии: Восстание земли

Он лишь надеялся, что она не забыла про экскурсию, которую он пообещал провести. Даниэль оделся и хотел, было, уже пойти умыться, но услышал стук в дверь. Он встал и впустил Рут.

Девушка приходила по три-четыре раза в день все дни с момента окончания сражения. Несколько раз днём и вечером он видел её здесь и наблюдал за тем, как она врачевала раны Марины. Рут зашла в комнату, поприветствовав его лёгким кивком. Даниэль ответил ей тем же. Она слегка нахмурилась, увидев, что кровать Марины пуста.

– Где Марина? – её голос был спокойным и мягким даже, когда она злилась.

Хотя Даниэль не то чтобы часто слышал её голос. Она, кажется, вообще предпочитала не говорить. Даниэль понимал её. Каждый день она работала с ранеными людьми, некоторые из них умирали. Рут видела всё это каждый день, но продолжала оставаться спокойной. Хотя её душа наполнена болью из-за всех, кого не удалось спасти.

– Я только недавно проснулся. Её уже тут не было, – Даниэль пожал плечами.

– Завтра мы возвращаемся на базу, так что мне нужно проверить состояние её ран.

Как только она вернётся, сообщи мне, – Рут даже не дождалась его ответа и вышла. Даниэль проводил её взглядом и вздохнул.

Когда парень вернулся из умывальни, Марины по-прежнему не было. Он побрёл в столовую и, быстро перекусив хлебом и чаем вернулся в комнату. Для Марины он тоже захватил чай и хлеб, но девушки снова не было. Он поставил еду на её тумбочку. Если чай остынет, она согреет его, так что беспокоится не о чем.

Закончив все свои утренние дела, Даниэль отправился на поиски Марселя или Джил.

Девушку он нашёл в кабинете. Она сидела и разбиралась с какими-то картами. Даниэль вошёл без стука. Джил не обратила на него ни малейшего внимание, безотрывно что-то рисуя.

– Доброе утро, – произнёс он, садясь на кресло, неподалёку от стола.

Джил подняла на него взгляд и слегка нахмурилась, но ничего не сказала. Даниэль немного усмехнулся, наблюдая за тем, что она делает.

– Чем занимаешься, Джил? – в ответ он получил лишь фырканье. Даниэль снова усмехнулся и продолжил: – Я что, чем-то тебя обидел?

Джил снова посмотрела на него.

Она положила карандаш на стол и, облокотившись на спинку стула, сложила руки на груди:

– Что тебе нужно, Даниэль? – вопрос показался Даниэлю довольно милым. Странно, что Джил не ответила ему что-то в духе: «Проваливай отсюда» или «Я живьём тебя закопаю».

– Джил, больше не пугай меня своим молчанием, иначе мне придётся залезать к тебе в рот и проверять, цел ли твой язык.