Метаморф.

Он падал с огромной высоты, его сознание ходило ходуном от напряжения. Слишком многое приходилось просчитывать и контролировать. В руках существа находилась сфера, переполненная магией. Она вращалась всё быстрее и постепенно раскрывалась, разделялась на десятки небольших пластин, расползающихся в разные стороны. Мир, принявший материальную форму бородатого мужчины средних лет, обещал вернуть накопитель его обладателю.

Падение всё ускорялось, бездонная пропасть поглощала сознание зрителя. А затем пришла волна силы и боли.

Взрыв бурлящего океана магического безумия пронёсся по поверхности мира и встряхнул его до основания. Стёр все следы существования разумной жизни и устранил чудовищные шрамы. Исчезла даже бездонная пропасть, что поглощала падающего человека.

Данталиан проснулся и резко вскочил, укрывшись защитным куполом и приготовившись к сражению. Его грудь ходила ходуном, а кровать была мокрой от огромного количества пота.

- И правда, Хранитель.- Ректор глубоко вдохнул и сконцентрировался, успокаивая разбушевавшуюся магию внутри своего тела.

- Всё-таки оно того стоило.

Данталиан боялся смерти. Боялся гораздо больше чего-либо ещё. И сегодня Хранитель заставил ректора почувствовать её часть. Столкнул лбом со своим страхом. Быть может, это поможет давно проигравшему свою борьбу со страхом богу измениться? Быть может, в этот момент появился ещё один достойный персонаж, способный влиять на ход истории? Слишком сложный вопрос.

***

Величайший из пророков Города Беглецов распахнул свои глаза.

Он находился в небольшой комнате без окон, что была наполнена сильнейшей магией под завязку. Все стены в ней покрыты рунами и ритуальными кругами, ими были заполнены пол и потолок, даже на двери некогда вырезали древние знаки. Это смотрелось великолепно, особенно с учётом размеренного мерцания, свойственного всей ритуальной магии. Комната сияла изнутри. Но любоваться этим зрелищем мог лишь один.

Пророк поднялся на ноги и завёл правую руку за спину, согнув в локте, а левой трижды ударил себя в область сердца, отдавая воинский салют чему-то недоступному простым смертным.

Он редко вмешивался в происходящее, предпочитая роль наблюдателя, да и любое вмешательство смещало парадигму вероятностей. Но в этот раз решил не оставаться в стороне.

- Великолепно. Они великолепны. Они должны появиться, без них никак нельзя. Величайшее зрелище за все зримые мною возможные исходы. Надо рассчитать возможное вмешательство и его последствия.