Конькобежцы

– Ты точно решил, Серег?

Юноша ничего не ответил, лишь коротко кивнул и окинул взглядом комнату. Ничего не забыл.

Трудно что-либо забыть, если из личных вещей только форма, дневник и зубная щетка. Ах, да! Ботинки. Ботинки казенные, но их разрешили забрать – не босиком же ехать в “Заслон”. Там, конечно, выдадут все новое уже по их форме.

– Бывай, Сень. Не поминай лихом.

Сосед хотел встать и броситься обниматься, но не решился. Холодный и слегка отстраненный взгляд Сергея не располагал к проявлению дружеских чувств.

А Сергей, выйдя из кадетского корпуса, сдал на КПП свой пропуск и направился к ожидавшей его машине. На полпути не удержался и обернулся.

Серое здание под массивными свинцовыми тучами, обещавшими скорый дождь. Не такой ли была и вся его жизнь? Неподвижный монолит абсолютно одинаковых дней, а впереди – тревожная моросящая неизвестность.

Сергей часто задавался вопросом, каким могло стать его существование, будь у него родители? Если бы жил в семье, ходил в обычную школу, по выходным гонял с друзьями в кибер-хоккей? Или в настоящий хоккей, какая разница? Может, у него даже была бы девушка.

От мыслей о девушке сделалось совсем неловко, он передернул плечами, выдохнул и сел в машину. Теперь его ждет другая судьба. Неизвестно какая, но точно другая, а это самое главное.

Искандер

– Папа, пожалуйста не начинай! Мы обсуждали это уже сто раз! – юноша с раздражением отмахнулся и уже собирался выйти из дома, но мужчина встал в дверном проеме и загородил путь.

– На этот раз я ничего не собираюсь с тобой обсуждать, – твердо заявил отец. – Машина приедет через пятнадцать минут.

– Ты серьезно что ли? Мама в курсе?

– В курсе.

– Она ни за что тебе этого не простит. Хотя бы ее мнение для тебя еще важно?

– Ты поедешь на стажировку в “Заслон” через пятнадцать минут. Это решено и не обсуждается. Это лучшее учреждение.

– С чего ты взял, что оно лучшее для меня? Я же сто раз тебе говорил, что буду поступать в художку.

– Вот пройдешь стажировку и решишь, куда будешь поступать.

– Но там же, кажется, нет художников, – язвительно заметил юноша.

– Карты рисовать будешь.

Искандер криво ухмыльнулся и мрачно ответил:

– Ну, как хочешь. Сам напросился.

Он достал из кармана большую старинную монету, подбросил ее и, ловко поймав, положил на тыльную сторону ладони.

– Орел! Так уж и быть, поеду.