Переллум. Герой Погибели.

Подруга свободы отходит в сторону, продолжая глядеть Леварро в спину, опускается у самого трупа графа, чьё молодое, растерзанное, полное ужаса лицо уставилось в одну из стен, покрытых какой-то едва заметной рябью, и вытянула из кармана пиджака тоненький, украшенный златом дневник, спрятав тот глубоко за пазухой. На секунду заострив на предсмертном внимании графа взгляд, девушка, нахмурившись, тревожно отвернулась, продолжая бросать на стену напряжённые взгляды, и вскоре исчезла в анфиладе мраморных колонн.

Сегодня обошлось без потерь.

Глава 11. Путник и Раба Свободы.

— Слушайте, Ро, как вы думаете... что это всё-таки было? Два часа назад мы с вами только познакомились, на нас совершает покушение граф, проходит совсем ничего, мы идём без особого плана, напролом, за ответами, и вот, видим много свежих трупов и даже преступника нам удаётся застать на месте преступления. И таковым оказывается отвратительная тварь, с которой мне — не знаю, что насчёт вас — никогда не приходилось иметь дело вживую. Что это всё-таки было, Ро? — наконец вернувшись на своё место потрясла перед своим лицом Мел бокал изрядно согревшегося вина, уставившись полусомкнутыми глазами в отражение в игристом напитке, немного подустав от наскучившего букета.

— Это был гуль. Нежить. Собирался заменить графа к нашему приходу. Не раньше. Значит, граф предатель.

— Интересно, а что станется с этим местом после смены власти. Мне бы так не хотелось, чтобы он опустело...

— Мм?

— Понимаете, за последние несколько дней, что я здесь пребываю, это место в некоторой мере успело стать для меня.

.. домом. Мне так нравятся местные... виды и... запах свободы.

— Ты снова о своём.

— Кажется, в вашем голосе начинают играть всё большие нотки иронии, Ро, — подняла девушка напиток, смеясь и озорно улыбаясь, несколько приподнимаясь от возбуждения, — меня это радует. А ведь мы знакомы всего пару часов. Останьтесь вы со мной, и стали бы человеком.

— Я и так человек.

— Я не о том...

Таверна почти опустела — немногие посетители прибывали, чтобы выпить после третьего часа утра, хотя на улице непременно играл красками один и тот же розоватый оттенок, — и только за длинным столом в углу раздавались негромкие голоса, и время от времени скрипели стулья.

Во главе сидел бородатый официант в тёмной жилетке и серой рубахе, который с мрачным удовлетворением предавался очередной перебранке с посетителями: зверолюдом и человеком, что всё так же сидели на своих местах.

— Выглядите разочарованным.