Пепел дорог судьбы. Книга I

Максим попытался поднять голову, но невыносимая боль обжигающей молнией пронеслась по всему телу, и мужчина без сил обмяк, потеряв сознание.

Тяжелые шаги неспешно приблизились. Ликан вцепился когтями в кожаный нагрудник, проткнув его, словно горячий нож масло и немного приподнял Максима над землей.

Вдруг со стороны ночной стоянки раздался отчаянный женский крик и Максим вздрогнул, словно ужаленный током. Он попытался что-то сказать, но лишь хрип сорвался с его окровавленных губ.

Ликан приблизился к нему мордой и принюхался, издавая будто, земная собака фыркающие звуки.

Женский крик вновь повторился.

- Анариэль! – Максим хотел кричать, но сумел выдавить из себя лишь шепот.

Ликан задумчиво посмотрел на мужчину, а затем в сторону лагеря, вновь оскалил клыки и отпустил человека – тот рухнул на землю, словно мешок с дерьмом. Напоследок зверь с насмешкой фыркнул Максиму и, развернувшись, побежал к лагерю, быстро скрывшись за плотной стеной лесной растительности.

- Анариэль! – Беспомощно прохрипел Максим.

Он попытался подняться, но тело снова прошибла боль. Единственной послушной ему рукой он кое-как нащупал у себя на поясе перевязь небольших стеклянных пузырьков и, выбрав нужный по форме, медленно потянул его ко рту.

Часть 8

Тем временем шум от хромающей и спотыкающейся о коряги на земле нежити за его спиной всё усиливался. Еще минута и нежить наброситься на него. И тут оставалась всего два варианта: либо эльфийская настойка сейчас сумеет поставить Максима на ноги, либо он труп.

Максим сорвал разодранными в кровь губами восковой колпачок с пузырька и жадно впился в миниатюрное горлышко, пытаясь выпить всю целебную жидкость до самой последней капли. Вкус был отвратительный и горький как ни что в этом проклятом мире. Максим скривился даже в таком состоянии сумев почувствовать ужасный запах и вкус настойки, но продолжал пить, выцеживая жидкость, капля за каплей – он точно знал, что это сумеет поставить его на ноги, но вот только какой ценой…

Только мысли в голове мужчины коснулись этого вопроса, как пришла она – Боль.

Настоящая и неумолимая. Максим взвыл, словно дикое животное. Его тело выгнулось дугой, а ребра затрещали, вставая на свои места. Искривлённая и сломанная левая нога тоже зашевелилась, когда раздробленные кости стали сращиваться. В жуткой агонии Максим срывал с пальцев ногти, впиваясь ими в подмёрзшую землю, но те тут же отрастали снова. Последним на своё место встал сломанный нос, и невыносимая боль ушла.