Око Столицы

У бедра – кобура с крупнокалиберным револьвером.

- Ематор? – поднялся отец. То же сделал и я. Генерал-полковник Ематор был личным адъютантом царя, значит, произошло нечто действительно серьёзное.

- Здрравия желаю, ваше высочество, - Ематор поклонился мне, не выпуская сигару из зубов. Затем повернулся к отцу. – Рразррешите обратиться, ваше величество. На Большую Галерею минувшей ночью было совершено рразбойное нападение. Похищено Око Столицы. Также убит старрый ювелир, которрый занимался гелиодором. У нападавших был сообщник среди сотррудников Галереи - помощник секретаря, который и соверршил убийство.

Он схвачен и ведёт себя как умалишённый, хотя ранее никто из его сослуживцев не замечал за ним ничего стрранного. Око Столицы является национальным достоянием, так что это дело нужно считать вопрросом государственной важности.

- Что, что? – переспросил отец. – Око Столицы, Большая Галерея? Так… - царь опустил глаза, принявшись усердно думать. Я ощутил его беспокойство и волнение, словно оно было моим собственным.

Лидай считал Око Столицы чуть ли не своей собственностью. Волшебный гелиодор, сто́ящий баснословных денег – какому ценителю драгоценных камней не захочется иметь такой? – Значит так, Ематор. Пускай этим занимаются лучшие из лучших. Око Столицы должно быть на месте! Найдите этих гадов и притащите ко мне, а я собственными лапами откручу им головы! И чтобы через час у меня был подробнейший отчёт!

Генерал-полковник поклонился, развернулся и вышел из зала, чётко чеканя шаг, выпустив сизый дымок от сигары.

Не успели дубовые двери за ним закрыться, как я тоже направился к выходу.

- Ты куда? – необычайно резко спросил отец.

- В Большую Галерею, папа, - ответил я. – Я должен всё разузнать, задание государственной важности!

- Никуда ты не пойдёшь! – неожиданно рыкнул отец, от чего я вздрогнул. Правда, Лидай тут же понял, что погорячился. – Прости, сынок, ты уже перевыполнил норму геройства на год вперёд. Твоё задание государственной важности сейчас – это отдых.

Хватит уже везде лезть на рожон, дай поработать другим.

- Хорошо, отец, - нехотя ответил я, чуть-чуть отойдя от дверей. – Дай хотя бы прогуляться.

- Ну, прогуляться – это можно. Орешков только возьми.

Приняв из лап отца горсть фисташек и быстро допив своё молоко, я покинул Большой зал. Спустя минуту, у моего бедра вновь висела кобура с Мецаром, и я выбежал из дворца на всё такую же залитую солнцем Золотую площадь.