Зверь 4

Как бы вы поступили? Пожертвовали бы одним человеком, чтобы спасти пятерых?

Девяносто процентов опрашиваемых пожертвовали бы одним, ради спасения пятерых. А чем я хуже этих девяноста процентов?

Всё-таки человек такая сволочь – всегда найдет оправдание своим поступкам. Я же, успокоенный сделанным выбором, ответил:

– Да, я принимаю твою помощь, Марена!

Она улыбнулась, потом крутанулась вокруг своей оси так, что упругие груди подпрыгнули. В процессе кручения её кожа позеленела, покрылась чешуйками, а вместо ног вырос длинный хвост.

Она замерла на миг, а после изумрудной молнией ринулась на меня. Из растянутых губ вынырнули клыки, а потом…

Глава 9

– Эдгарт! Эдгарт! – до моих ушей донесся ласковый женский голос.

Щеки коснулась теплая рука. Ощущения от прикосновения были такими, что я невольно зажмурился от удовольствия. Как будто проволочным массажером для головы по волосам поводили.

Я находился в темноте, лежал на чем-то упругом. Судя по ощущениям, я вернулся в спортивный зал.

Открывать глаза не хотелось – очень уж классным было прикосновение ладошки к щеке, как будто мама коснулась…

– Живой… – выдохнул кто-то.

– Конечно живой, – раздался знакомый голос преподавателя. – На моих уроках ещё ни одному ученику не удалось умереть. Господин Южский, вы так и будете харю плющить или всё-таки надумаете отправиться в медсанчасть? Хоть ваша царапина уже затянулась, но показаться врачу нужно. На всякий случай, чтобы какую-нибудь заразу не подхватить.

– Как вы себя чувствуете? – моих ушей коснулся голос Карамазовой.

Да уж, тут уже не полежишь. Судя по всему – ладошка принадлежала Светлане. А если подопечная защищает опекуна, то это ни в какие рамки не лезет! Не должно так быть. Я должен быть свеж, агрессивен и полон сил!

Я распахнул глаза и улыбнулся:

– Никогда ещё так хорошо себя не чувствовал, боярыня Карамазова.

Конечно же это была она. Она склонилась надо мной и чуть поглаживала по щеке. Склонилась так, что я мог заглянуть в разрез футболки и увидеть два аппетитных полушария.

Конечно, увидеть не во всей красе, но и того, что открылось моему взору хватило, чтобы додумать остальное.

Должен сказать, что у Марены больше, но тут всё-таки живое и изящное…

– Ох, господин Южский, вы так нас напугали, – проговорила Светлана.

Она была так близко, как тогда, в холодильнике черного ресторана. И я снова почувствовал запах лета на утренней лужайке.