Рассекая Шпиль. Книга первая.

Наёмники, ставшие невольными зрителями этого акта несправедливости, застыли, затаив дыхание. Даже казалось, что перестали биться их сердца. Они прекрасно знали, что победителем будет Мигель, ведь искренне его боялись. Поэтому наёмники ещё не разделались с мальчишкой и носительницей ожерелья. Им было страшно идти против убийцы и Оружейника, стоящего за ним.

Парень уже натягивал тетиву.

Мужчина нажимал на курок.

И их взгляды встретились. После чего, первым, ожидаемо, прозвучал выстрел.

Пуля сорвалась в полет, стремясь прямо в голову парня. Но, перед попаданием снаряда, Мигель одними лишь губами сказал:

– Бах.

И пуля буквально взорвалась в метре перед Хайдом. Тело его окатило страшным жаром, а взрывная волна снесла с ног, откидывая подальше.

С трудом приземлившись на ноги, он хотел было выстрелить, но поднявшееся облако дыма скрыло кладоискателю весь обзор.

«Если бы эта пуля пролетела чуть дольше, то меня бы просто разорвало!» – с ужасом для себя отметил парень.

Не смог он что-либо предпринять, как раздался второй выстрел. Ногу пронзила острая боль, а сам Хайд, скорчившись, упал на колени. Из его глотки вырвалось нечленораздельное рычание, а вены на шее вздулись.

– Это особая пуля, изготовленная дядей. – начал объяснять кашляющий, из-за дыма, Мигель. – Пока она находится в твоём теле, то будет раздражать ноцицепторы. Если объяснять на простом языке, то ты будешь ощущать нескончаемую боль. Хотя, как я вижу, ты уже догадался.

«Пока она находится в твоём теле…» – ухватившись за эти слова как за спасительный круг, Хайд, достал кинжал, который дал ему Дэш, и трясущимися руками начал ковыряться им в ране.

Сознание парня буквально утопало в боли, так что новая порция оной не пугала его.

Действия лучника выглядели столь мерзко, что Мигель ошарашено замер, чуть позже засмеявшись. И, под гогот этого психа, лучник наконец достал пулю, спасая себя от боли и всем туловищем падая наземь.

– Когда ты достал этот нож для хлеба. – пренебрежительно ткнул на оружие мужчина. – Я уже решил, что ты от отчаяния себя убьешь. Даёшь же, пацан!

– Ах-а! – с натугой промычал парень, медленно поднимаясь и, внезапно, метая в противника кинжал.

Брошенный снаряд сбили пули, а Мигель фыркнул.