Группа крови

Барт тоже не растерялся и успел вырубить двоих, которые его держали. Влад просто достал пистолет и взял на прицел одного из уродов.

— Скажи им, пусть бросают оружие! — потребовал я.

Но Марк не мог сказать ни слова или же притворялся, что не может.

Рина с интересом наблюдала за всем этим с балкона второго этажа, а Андреа даже не соизволил выйти из своей комнаты.

В это время в здание ворвалась ещё одна группа его людей. Тут-то и вмешалась блондинка. Девушка просто растворилась в воздухе, став невидимой, а через несколько секунд на кухне, куда вломилась подмога Марка, раздались выстрелы и крики.

Я на секунду отвлёкся, чем Марк и воспользовался. Ударив меня локтем под дых, он прошмыгнул в коридор и побежал к выходу.

Шум разбудил Подмышкина, отдыхавшего где-то под потолком. Но днём тот плохо ориентировался и не мог нам ничем помочь.

Я направился за Марком. Мне сразу перекрыли дорогу три амбала. Одного я вырубил точным и очень мощным ударом в челюсть. Кажется, я даже сломал её.

Второму было достаточно прописать по рёбрам. Без перелома тоже не обошлось. А вот третий успел выстрелить в меня, причём трижды. Правда попала только одна пуля, зато прямо в центр груди.

Было больно. Стало трудно дышать. Я даже немного растерялся и опёрся о стену, чувствуя слабость в ногах и лёгкое головокружение. Но продлилось это недолго, секунд двадцать.

За это время Барт вырубил ещё двоих мужиков. Восстановив силы, я погнался за Марком.

Гад успел выбежать во двор, но даже до ворот не добрался. Благо участок у нас большой. Бегал он так себе. Я даже с ранением смог его догнать, ведь моя скорость немного возросла за последние дни.

Я пнул его по ноге, после чего та врезалась в другую, и Марк полетел лицом вниз. Приземлившись, он потянулся рукой за выпавшим пистолетом и тут же получил пяткой в локоть. Рука хрустнула. Марк заскулил от боли.

Я схватил его за шиворот и потащил обратно в дом. Нечего во дворе шуметь.

Ближайших соседей у нас хоть и нет, но мы не одни на улице живём.

Барт с Владом за это время разобрались с остатками неудавшихся штурмовиков. Обезоружили их и начали связывать, пока те не очухались.

Я бросил Марка в проходе, а сам уселся рядом, опершись спиной о стену. Всё же регенерация забирает много сил. Зато от раны в груди остался лишь шрам, да и тот должен вскоре рассосаться.

— Ты… Кто вы все такие? — тяжело дыша, спросил Марк.