Ишь-Чель и Чак-Чель

Тряхнув головой, я завязала волосы в пучок и села на стул рядом с большим костром, над которым люди держали длинные палки с нанизанными на них сардельками, щедро посыпанными специями. Не иначе Иона решил поделиться своим любимым рецептом. Я взглянула на друга. Он подмигнул мне.

Охотник передал мне большую кружку с горячим кофе. Я взяла ее обеими руками, наслаждаясь теплом, втянула носом аромат и пригубила терпкий напиток. И снова посмотрела в безоблачное голубое небо, подернутое дымкой от многочисленных горячих источников, разбросанных по долине.

В погоне за Источником и попытках помешать Троице мне не вполне удалось осмотреться в этом райском местечке. И это очередная причина, по которой я не торопилась уезжать. Иона не говорил о том, что случилось несколько дней назад. И я благодарна ему за возможность спокойно прийти в себя.

- Что такая кислая мина? Плохо спала? – я вздрогнула, подняв глаза на Софию, которая держала в руках две миски с зажаренными до хрустящей корочки мясом, овощами с огорода, а в котелке варилась уха.

Я отложила кружку на бочку и забрала тарелку.

- Спасибо.

Иона откупорил бутылку своего любимого пива и сел на завалинке, под тентом.

Я без аппетита гоняла вилкой сочный кусок мяса, щедро приправленный кетчупом. И взглянула на Софью, которая сидела очень близко ко мне. Я хотела отодвинуться, да места и так было мало, так что я неохотно прижалась бедрами к ней.

- Лара, не молчи, - воскликнула она, ткнув меня локтем в бок. – Колись, что такое?

- Все в порядке.

Соврала. И она это знает.

- Лара, мой отец сам хотел этого. Ты не виновата.

- Я знаю, это непросто…

- Жаль, что не могла быть с ним рядом, - Софья потёрла руки, прежде чем взять с тарелки кусочек мяса.

- Знание того, что ваш народ спасён, дало ему покой… и он ушёл с миром…

- Но тебе тяжело?

Я усмехнулась, закинув в рот мясо и стала медленно, тщательно разжёвывать. Вздохнула, отпив из бутылки и посмотрела на рыжую девушку с пронзительными голубыми, отцовскими глазами.

- Понимаешь, я встретила Якова в тюремной камере, после того, как меня поймали эти уроды.

Анна предала меня, моего отца, наше доверие. И я не была склонна доверять кому бы то ни было. Твой отец не настаивал. Но обещал помочь, потому что знал, что я ищу. Он «подкупил» меня своей искренностью, наверное. Я освободила его, мы вместе бежали, подслушали разговор Анны и ее людей: они как раз планировали поиск вашей деревни, но для этого нужно было перебраться через горы. Мы с Яковом разделились.