Шанс для рода Шустовых. Том 1

Я видел, что информация действительно обрадовала её. Видимо, она решила, что в имении никто не выжил. Теперь же, девушка словно светилась и готова была скакать от радости.

Иван наблюдал за нами, прислонившись к стене и тоже улыбался.

— Да успокойся ты уже, — попросил он Лушку, видя, что девушка перевозбуждена.

— А то ты не рад? — улыбаясь буркнула девушка, но действительно расслабилась и успокоилась.

Ребята задавали вопросы о том или ином человеке, но я не мог ответить, так как этих фамилий в бумагах не было. Правда были еще Рогов и Шубина, те скрылись в Гришино.

Через какое-то время все успокоились и улеглись отдыхать.

В комнате было окно. Солнце, поднявшись довольно высоко, нещадно светило не позволяя укрыться в сумраке, где обитают сны. Так что я лежал на кровати без сна пока не сообразил, что на окнах есть портьеры.

Тяжелые плотные шторы отсекли нас от ясного солнечного дня, дав возможность насладиться сном. Хотя мои товарищи уже спали и без этого полезного изобретения, чья история уходит к первым людям, кто решил завесить вход в пещеру шкурой мамонта.

Я надеялся, что, уснув, снова увижу сон про отца и наконец-то разберусь что это был за кокон, но отрубился без сновидений.

Проснулся от того, что рядом со мной кто-то возился. Засыпая, я откатился на край кровати, давая возможность Лушке спокойно поспать и одновременно не давая ей повод забраться мне под бок, что она пару раз пыталась проделать.

Я открыл глаза и встретился взглядом со смотрящей на меня в упор девушкой.

Девчонка лежала на моей половине кровати и с улыбкой пялилась на меня. Видимо, сон в одной постели напомнил ей те времена, когда у нас с ней что-то было. Не у меня, а у предыдущего владельца этого тела.

Затевать сейчас разговор о наших отношениях было бессмысленно. Так что я просто сказал:

— С добрым утром!

— Радостного вечера, Никита Васильевич, — проворковала девушка и пододвинулась еще ближе.

Я глянул в угол, где должен был лежать Иван. Там никого не было. Так вот чего она такая смелая.

Мне ничего не оставалось делать, как встать и уйти в ванну. «Трусливо ретироваться», — пронеслось в голове. А что еще прикажете делать, если я не собирался ничем таким заниматься с девчонкой, которую я воспринимал, как дочь.

При мысли о том, чего хочет Лушка, в голове вдруг всплыло лицо девчонки-воришки. Короткие каштановые волосы, вздернутый носик.