Своя правда

– У тебя что там за овёс такой, что стоит как миндаль?

– Нормальный овёс, не нравится – не берите, – ответил он, после чего развернулся и ушёл обратно в дом вместе с молчаливой поварихой.

– Вот же **#*#**! – выдал Колтун, но из сумки походную тарелку и ложку достал первым.

– Ты это подожди пока, – сказал я ему. – И вы все тоже, еду пока не трогайте.

– Ты чего, Мазай? – спросил Колтун, замерев с занесённой над котелком ложкой.

Я молча взял две миски, что принёс хозяин, одну наполнил водой, другую похлёбкой и отправился во двор, где всё никак не умолкали собаки.

Поставив еду и воду на землю, подтолкнул копьём к беснующемуся на цепи псу. Тот хоть и облаял меня с ног до головы, но от еды отказываться не стал и дочиста вылизал все.

– Ждём, – только и сказал я, стараясь не смотреть в глаза Горунару, который в случае моей ошибки наверняка не простит мне такой растраты еды. Придётся ему потом что-нибудь вкусного купить в деревне, чтобы обиды не держал.

Для себя же я решил, что лучше поесть остывшую похлёбку, или и вовсе перебиться сухим пайком, что у нас ещё оставался, чем пасть жертвой человеческой жадности, что застелила глаза трактирщику.

И ждать долго не пришлось. Не прошло и получаса, как мы услышали скулёж пса, который на подволачивающихся ногах побрёл и забился в свою будку.

– Вот же **#*#**! – повторил Колтун, но на этот раз в его словах слышалось не раздражение, а явная угроза.

– Так мужики, – привлёк я внимание. – Котелок вылить в дальнем краю сарая. Возле входа развести бардак, оставить грязную посуду, лежаки перетащить в глубь, где их будет плохо видно, накидайте под накидки и плащи чего-нибудь.

Квильком с помощником лягут там и будут очень натурально стонать, будто вам так херово, что вот-вот дух испустите. Ясно?

Дождавшись их кивка, я продолжил.

– Остальные, готовимся принимать гостей. Горунар, на тебе сеть, сегодня будем ловить других тварей.

Через 10 минут мы были готовы, бойцы расставлены по позициям, а Хорки натянул тетиву на лук.

Убедившись, что все знают, что им делать, я очень натурально на еле плетущихся ногах вышел из сарая и доковылял до угла. Там я скрючился словно в приступе рвоты, при этом как можно громче издавая характерные звуки. Уверен, мой перформанс не остался незамеченным, а потому обратно я возвращался, шатаясь и даже пару раз упав для правдоподобности. Сразу после меня с похожим представлением выступил Хорки, в его актерских талантах я тоже не сомневался.