Между Раем и Адом

Они вылили на них белую краску, отчего перья слиплись, после чего я их вычищала. Крылья неприятно болели, перья выдирались с остатками липкой жидкости, а я всё никак не могла понять, почему же именно меня решили унизить? Почему именно в этот момент все учителя закрыли глаза на их «мелкую» шалость?

Тогда я буквально ненавидела себя за то, что родилась вот такой вот черной вороной в нашей семье. Ненавидела и с этой ненавистью все больше и больше выдирала перья, всхлипывая от боли и обиды, что так терзали.

В какой-то момент захотелось просто исчезнуть из всех измерений, попасть в пустое и бесконечное «ничего» и остаться там так долго, насколько это было бы возможно.

Да, во мне больше крови демона, ну и что с того? Разве я заслуживаю, чтобы какие-то мальчишки решали облить меня краской? Это звучало так нелепо. Кто дал им право распоряжаться чьей-то судьбой? Они даже не ангелы хранители. Да им страшно хоть самого везучего смертного доверять! Посчитают, что смешно будет, если на него там камень упадет, или сам он оступиться и налетит на какие-нибудь иглы.

Но зато ведь весело! Смешно!

Сидя в своем убежище, я надеялась, что меня никто не найдет. Не хотелось видеть абсолютно никого.

К сожалению, я ошибалась, что нашла по-настоящему хорошее место. Видимо, Кира тоже любила посидеть в школьном саду среди роз, так что найти меня по моим же тихим всхлипываниям ей не составило труда.

Осторожно раздвинув кусты, тогда еще незнакомая мне девочка произнесла:

– Ты как? Я видела, как на крылья краску вылили, а потом не нашла тебя.

Думала, что домой убежала. Можно? – спросила осторожно она, указывая на пустое место рядом и будто бы боясь, что вновь исчезну.

Словно я была запуганным зверьком, который вот-вот убежит, так и не поверив в то, что протянутые руки хотят помочь, а не навредить еще больше.

Дождавшись, пока моего кивка, она забралась и села рядом. Стало даже как-то неловко за все те разбросанные перья, что лежали сейчас на земле.

– Я Кира. А ты, вроде, Кейт, правильно? У тебя отец – Михаил, – спросила она и протянула мне руку для рукопожатия.

– Да, Кейт, – ответила, всхлипнув, я, вытерев одной рукой слезы и протянув другую Кире. – Просто обидно. Их же теперь не уберешь, пока полностью не очистишь, – вздохнула я, продолжая безуспешно оттирать уже засохшую краску с крыльев.

Слёзы перекрывали мне горло, вставая комом и не давая голосу быть хоть чуть-чуть ровным.