Повелитель теней. Том 1

Небольшой пятачок был отведён для четырёх столов, а всё остальное пространство было занято высоченными железными полками.

Вдоль рядов сновала седая старушка в цветастом платке, пересчитывала папки, сверяла их количество с записями в своём блокноте. Заметив меня, она расплылась в счастливой улыбке и распахнула объятия:

— Как давно ко мне не заглядывали! Всё письма шлют, а поговорить никто не заходит. Милок, хочешь чаю? У меня и оладушки есть со сметанкой… Угостись, будь лаской, не обижай старую женщину, — она мне подмигнула и посеменила к боковой незаметной дверце.

— Сейчас, сейчас, чайник закипячу и заварю чёрный цейлонский чай, мне сынок из-за границ заморских передал. Вкусно-о-о-о-о-о, чашку хочется вылизать!

Я сперва хотел отказаться, но потом понял, что очень проголодался. Немудрено — больше суток не жрать.

— С удовольствием, — я последовал за старушкой. — Может, вам чем-нибудь помочь?

— Конечно, помочь. Нужно расправиться с оладьями! Чтобы ни одного не осталось!

— Будет выполнено! — шутливо козырнул я.

Оладьями всё не ограничилось. Старушка открыла небольшой холодильник и очень скоро заставила стол разнообразной едой: котлетами, сырниками, жареной картошкой, малосольными огурчиками. Я прям на секунду оказался в прошлом, когда бабушка по материнской линии, несмотря на бедность, откармливала меня на убой.

Закипевший чайник с тихим щелчком отключился, старушка залила листовой чай горячей водой, и мы уселись за стол.

— Самая вкусная еда, которую когда-либо ел, — произнёс я и не покривил душой: после суточной голодовки холодные куриные котлетки казались мне божественной амброзией.

Я аж от удовольствия закатил глаза. — Потрясающе!

— Льстец, — замахала морщинистыми ручками старушка, но покраснела от удовольствия. — По привычке готовлю кучу всякого — у меня раньше неподалёку сын с внуками жил, они постоянно ко мне бегали. Но полмесяца назад сын переехал в Новосибирск и внуков забрал, а я всё никак не привыкну… Да с другой стороны, на что мне пенсию и зарплату тратить? Живу я всё равно здесь, в каморке, никуда не хожу, эх…

— Это вы зря, — покачал я головой.

— Не надо запирать себя в четырёх стенах. Или здоровье не позволяет?

— Мне и сын это говорил, — вздохнула старушка. — Но как-то не получается. Да что это мы обо мне и обо мне? Милок, ты зачем пришёл-то?

— Мне бы школьный аттестат восстановить. Если он есть, конечно. Я четыре месяца в коме пролежал, как раз задело окончание школы.