Прокачаться до сотки 5

Следующая часть доклада проводилась спиной к начальству. То есть ко мне, если кто не понял.

Слава дедушке, слух хороший, так что ничего не пропустил. Даже нытьё о скуке смертной, и желании потрудиться на благо отвратительного шефа. Который ни работы нормальной не даёт, ни на доклады девушку не вызывает.

Вот такая у меня странная жизнь. То на сухом пайке сижу, то бабы как будто с поводка срываются… А мне что? Регенерация рулит. Не опозорил десант ни разу.

Ну, а что касательно Тейла. Что-то там пыжился, пытался наехать и вырвать из меня признание, что это я во всём виноват.

Наивный. Ещё никому не удалось и тут он, на белой кобыле.

— А пошли, рыбку половим! — выдвигает рационализаторское предложение Балагур. Естественно, никто его не понимает, ибо Вова у нас знает всего два языка: русский и матерный. Пришлось переводить.

— Какая рыбка? — выпучивает глаза Альгорн, начальник охраны Тейла.

— Нормальная, — пожимает плечами Вовка. — С чешуёй. А вечерком, ушицы наварим, да под водочку.

Удивительно, но местные не знают, что такое водочка. Однако, благодаря Форину удалось разъяснить, что это «Гномье вино».

— Но водочка лучше, — дёргает себя за бороду гном. — Не думал, что такое скажу, но Степаныч волшебник. Алхимик от бога.

После такого признания, сами понимаете, вопрос решился быстро. Рыбалка, так рыбалка. Ведь все же знают, нет ничего лучше под водочку, чем ушица. А рыбка она вообще без водочки ловится плохо… Кхм… Это Балагур, падла…

Хотя зря я на парня.

Уже после второго литра, тот же Альгорн вместе со Степанычем пел на неплохом русском «Ой, мороз, мороз». Так что претензии по поводу сломанного переводчика, как-то отпали сами собой.

— Не грей тару! А то слеза уйдёт. Вот молодца! Эй, да у тебя же клюёт! На поплавок смотри, а не по сторонам пялься! — Балагур без малейшего пиетета пихает в бок Тейла.

— Срамота-то какая, — служитель бога касается указательным и средним пальцами лба, а затем два раза стучит себя в районе сердца.

— Какие бесстыжие всё-таки девы…

Неодобрительно качает головой и дёргает удочку, вытягивая какую-то мелкую рыбёшку. Отцепив улов, забрасывает снасть в воду, забыв наживить червяка.

— Что творит бесстыдница! Ой, что творит!

— Спокойно, брат! Балагур спасёт тебя от искуса! Давай махнёмся местами, и я прикрою от тебя этот срам. Ик… — мой друг одной рукой стучит себя по грудине, а второй пытается отодвинуть Тейла.