#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба

Вместо этого она уперла их в бока, но просчиталась и в этом — платье от этого обтянуло фигуру еще сильнее, из-за чего грудь обрисовало даже лучше, чем было до этого.

Поняв это, баронесса резко потупилась, но перед этим бросила быстрый и недовольный взгляд на директора. Не зная куда деть руки, она сложила их за спиной, и, пожалуй, это был самый лучший из возможных вариантов.

Директор подошел к нам и протянул черный конверт, запечатанный ярко-красной печатью. Опередив баронессу на долю секунды (ее-то руки все еще были сложены за спиной), я взял конверт и заслужил этим еще один уничтожающий взгляд.

— Теперь, когда все поделены и получили свои конверты, отправляйтесь за преподавателями в зону, выделенную для турнира вашего курса! Первый курс отправляется с сентой Нова, второй курс...

Дальше я уже не слушал — развернулся на каблуках и посмотрел на Каролину Нова. Дождавшись, когда все остальные последуют моему примеру и сосредоточат на ней взоры, она коротко сказала:

— За мной.

А потом развернулась и пошла вперед своим обычным размашистым чеканным шагом.

Кучка первокурсников двинулась следом. Я поискал глазами Нокса и увидел, как он буквально растекается перед своей напарницей-блондинкой, что-то рассказывая ей и отчаянно жестикулируя при этом. Кукольное личико блондинки при этом не выражало никаких эмоций, словно и вправду было сделано из фарфора — видимо, ей было совсем не интересно.

— Только не думай!.. — внезапно прошипела баронесса и замолкла, не договорив.

— Не думать что? — я покосился на нее.

— Ничего! Вообще ничего не думай! А особенно не думай, что мне нравится находиться с тобой... рядом. Это вынужденная мера!

— Никаких проблем, — легко согласился я. — Только давай сразу договоримся, что, если вдруг что-то пойдет не так, ты не станешь меня убивать. А то один раз уже получилось ведь.

— Заткнись! — прошипела баронесса пуще прежнего. — Никому об этом ни слова!

— Да? — деланно удивился я.

Ванесса аж споткнулась при этих словах. Она сжала кулаки так, что костяшки побелели, и тихо, угрожающе произнесла:

— Если ты... Если ты...

— Остынь. — Я махнул рукой. — Тебе нечем мне угрожать. Самое плохое, что было в твоих силах, ты уже сделала, и, как видишь, это ни к чему не привело. Я тоже не виноват в том, что нас с тобой поставили вместе, но, знаешь.