Карта хаоса

Личный хирург королевы, а также знаменитый оружейный мастер и один из лучших специалистов по программам для роботов, живший в Праге, объединили свои усилия и трудились над протезом вместе с учеными из спецподразделения Скотленд-Ярда, чтобы не позволить самому многообещающему ученику капитана Синклера превратиться в беспомощного калеку. Ошеломленный Клейтон поблагодарил королеву со всей учтивостью, на какую был способен: после нескольких дней тренировок он сумел-таки мягко взять монаршую ручку своим новеньким протезом и коснуться ее поцелуем.

Хотя, конечно, трудно было назвать то, что у него получилось, по-настоящему изысканным жестом, поскольку металлическая рука все же служила ему не так надежно, как настоящая.

Да и в дальнейшем он не слишком преуспел в обращении с протезом, в чем сам с горечью убеждался всякий раз, когда приходилось выполнять даже самую пустяковую каждодневную работу. Вот и сейчас, к примеру, агент обнаружил, что искусственная рука никак не желает помогать ему опечатать окно.

“Нужно набраться терпения, – подумал Клейтон и вздохнул, – со временем я научусь владеть ею как настоящей. Если побольше тренироваться, протез скоро сможет запросто удержать кувшин, не разбив его, или коснуться руки королевы, не сломав ей парочку пальцев”. Протез ведь изготовили чуть больше семи месяцев назад – именно семь месяцев назад графиня де Бомпар лишила Клейтона руки, искалечив при этом отнюдь не только его тело.

– С вами все в порядке, агент? – спросил Синклер, заметив, что тот потерянно уставился на окно, которое только что с таким трудом опечатал.

– Э-э… да, капитан, все в порядке… Я все-таки сумел это сделать.

Синклер кивнул, потом с довольным видом подошел к окну и в качестве представителя комиссии по изучению спиритизма поставил свою витиеватую подпись на полоске бумаги с печатью. Затем мотнул головой, подавая агенту знак, и оба направились в центр просторного зала, где их ждали остальные члены комиссии, которым этим вечером предстояло присутствовать на спиритическом сеансе Янтарной Леди.

– Что ж, все готово, и теперь мы сможем следить за развитием событий в оптимальных условиях и вынести объективное суждение об их подлинности, – объявил Синклер, бросив строгий взгляд на членов комиссии, состав которой был довольно пестрым.