Паладин из прошлого тысячелетия

Через минуту, на листе стали проступать письмена.

— Это странно, — нахмурилась Светлана. — Тут написано, что держателем этого счёта является…

— Я его дальний родственник, — перебил красавицу я, снова возвращая на лицо всё обаяние на которое был способен.

— Не слышала, чтобы ваши династии пересекались, — покачала головой сотрудница банка. — Но согласно артефакту, вы можете распоряжаться всеми средствами этого счёта, снимать и переводить наличные… эээ…

Она прочитала описание, а точнее цифры, что застыли внизу листа.

— Антон Валерьевич, боюсь мы не сможем обналичить такую сумму, — глаза девушки говорили не только о том, что сумма вышла приличной, а ещё о том, что этот вечер я проведу не один.

— Не страшно, дорогая, мне подойдёт чековая книжка, — усмехнулся я.

— Но, чековых книжек у нас нет, — запаниковала девушка, явно не понимая, кто пришёл к ней.

— А что есть?

— Вы слышали о банковских картах?

***

Мы покинули зал инициации, снова возвращаясь в отдалённый холл, куда так долго шли.

— Митрофанов! Что ты тут делаешь? — раздался голос и я нос к носу столкнулся с Еленой.

— Леночка, рад тебя видеть, — я едва заметно поклонился.

— Что ты делаешь в зале для акционеров, — растерянно произнесла та.

— О, нет, ты ошиблась, я не имею никакого отношения к держателям акций, так, берёг тут денежку на чёрный день, ничего интересного, — отбрехался я.

Светлана за моей спиной подавилась кашлем.

— Прости, золото моё, мне пора, — снова кланяюсь, ретируясь при этом задом и успевая прихватить Светлану под локоть.

— Это ваша спутница? — грустно спросила Светлана, когда мы вышли.

— Нет, просто поклонница, — без зазрения совести соврал я.

— Я могу задать вопрос? — девушка посмотрела на меня снизу вверх.

— Для тебя, всё, что угодно, — я раздаривал улыбки, как лучник стрелы.

— Почему вы сказали, что не владеете акциями банка? — выдохнула Светлана.

— А я ими и не… — мозг плавился. — .. интересовался никогда. Расскажешь, про эти ваши акции?

— Расскажу, — хитро улыбнулась Светлана, затем облапала меня взглядом и повела за собой, явно сильнее прежнего разворачивая бёдра, заставляя глаза буквально прикипеть к тому, что находилось чуть ниже спины.

— Отче наш, сущий на небесах… — начал я читать молитву. — Да освятится имя твоё, да прибудет сила во мне, что не даст совершить прилюдное грехопадение в стенах места сего…

Ответом мне стал смешок, явно слышавшей всё девицы спереди.

***

— Сколько-сколько? — мне стало трудно дышать.