Паладин из прошлого тысячелетия

Я просто протянул ему карту.

Он послушно её взял и приложил к прямоугольнику. Тот в ответ запищал, лакей поклонился и ушёл, оставив мне бумажку, которую я убрал в карман.

— Хорошего дня, Елена, — я слегка поклонился, намекая, что разговор закончен.

— Митрофанов, ты явно вчера ударился головой, — раздражённо кинула Елена.

— Прошу меня простить, мне пора, — быстро ухожу, покидая заведение и вдыхая прохладный утренний воздух.

И чего она ко мне пристала? Может понравился? Нет, это бред, кому эта нескладная каланча может понравится? А уж теперь, когда в ней прослеживается мой солдатский шарм и прямота… Точно нет.

Пока шёл до банка, увидел много лавок с одеждой. Куклы за стеклом были облачены в самые разные тряпки, надо обязательно ознакомится с ассортиментом.

Вынув из кармана бумажку, узнал, сколько заплатил за чудесный завтрак.

Сто двадцать рублей, просто замечательно. Таким образом, я могу позволить себе тысячи завтраков, которых хватит до конца жизни.

Заглянув в один из торгующих одеждой закутков, вошёл внутрь.

— Пройдёмте, — произнесла подошедшая девушка в юбке и белой блузке. — Мы давно вас ждали.

Всё это было сказано едва ли не с каменным лицом, а в речи сквозило раздражение.

Любопытство было сильнее меня, оно повлекло дорогой приключений, заставляя войти в стеклянные двери.

Пока мы пробирались до узкой двери за прилавком, я крутил головой, будто она могла вращаться на триста шестьдесят градусов.

В голове зажглась запоздалая мысль.

Если входишь в магазин, где ноги тут же тонут в ворсе ковра на котором ни пылинки. Если видишь малочисленных людей с осанкой, будто они лом проглотили и с выражением лица, будто их ещё и заставили его прожевать… Напрашиваются несложные выводы.

Каждый из встреченных праздных гуляк, что неспешно бродили мимо стендов с рубашками и брюками, трогали ткань руками, были похожи на китов, вокруг которых кружилось порою до пяти консультантов.

А уж какими клиенты были нарядными!

Так и представляю, как вот эта суховатая дама с пятью килограммами разных драгоценностей на себе, собирается утром за покупкой ещё пяти килограмм.

Слуга заходит в комнату, берёт стул, усаживает матрону перед шкафом. Затем тянет за верёвочку, после чего дверцы шкафа открываются, оттуда на бабульку смотрит пушечное дуло.