Паладин из прошлого тысячелетия

— Я еду домой, вызови своего водителя, что-то настроение пропало.

— Лена! — прокричала Розина в спину. — А что делать мне?

— Я не знаю… — ответила сразу на несколько вопросов одноклассница .

Сев в машину, она дождалась пока та тронется, а затем устало спрятала лицо в ладонях.

Все странности в поведении Антона за последние дни, выстроились в ровную цепочку.

И та потеря сознания, очевидно инициация, принятие дара. И та холодная отчужденность, ведь дар меняет человека. Чего стоит её лёд в глазах, появившийся, когда она вошла в силу и та ярость, что она удерживала.

Перед глазами встали движения, которые не мог захватить человеческий глаз, без активированного источника. Эта скорость поражала, пугала, взывала к многим эмоциям, но не оставляла равнодушным.

Надо спросить совета у мамы, она разрешит старую проблему, подскажет, как быть… Обязательно подскажет!P/SКогда мало лайков, где-то грустит один автор! :(Но всё равно пишет, а ещё сообщает, что в конце недели возможны осадки в виде двух глав сразу.

Глава 9. Полицейский оборот

Маргарита

Разговор происходил в столовой небольшого загородного дома. За окном вечерело, сгущались сумерки, солнце стыдливо прикрылось тучными облаками и лишь слегка отбрасывало последние лучи, редко пробиваясь через толстый покров.Разговаривали двое. Высокий русоволосый мужчина с крепко сбитой фигурой и гибкая девушка, ростом выше среднего с надутыми от обиды губами и сведёнными к переносице бровями.

— Я не понимаю, почему мне нужно лететь туда? — в который раз спросила девушка. — Вы всё время потакаете капризам Антона, а он даже видеть вас с мамой не хочет. Да ещё и бабушка Маша, она чудная, ты же знаешь! Не слушает никого, даже видеть её не хочу после всех выкидонов, не общались три года, лучше это так и оставить…

— Притормози, — нахмурился отец.

— Да? — наигранно удивилась Маргарита. — Я вот не помню ни одного доброго слова в свой адрес. Она постоянно говорит о каких-то старых традиция, усилении рода и прочем.

— Так получилось, что семью не выбирают, — стойко терпел отец. — Мы являемся династией, род заканчивается в тот момент, когда потомки забывают его начало.