Паладин из прошлого тысячелетия

— А то, что? — улыбаюсь, прямо в лицо, подавшись вперёд и начиная загибать пальцы. — Нападение на аристократа в его доме следователем вашего участка. Сговор того с лицами благородного происхождения, снова таки в вашем участке. Ещё и угрозы в мой адрес? Либо разбирайте дело по всем правилам, либо говорите с моими правозащитниками. Вас какой вариант устроит?

Капитан помрачнел. А что ты хотел? Вызвонил своего приятеля, Громова, затем заставил того разыграть сцену с нашим “знакомством”, чтобы я почувствовал, что ситуация набирает дурные обороты, а затем решил спасти в роли доброго дядюшки.

Это и правда был твой план? План капкан, не то слово, надёжный бл..ть, как швейцарские часы. Он бы сработал, если бы они зажали в этом кабинете почти брошенного семьей Антона Митрофанова. Но увы, тот уже недоступен.

Капитан родил решение спустя полминуты гляделок.

— Мы разберёмся в проступке Семипалова, — выдал он.

— Желаю удачи, — киваю, поднимаясь.

— Но разобраться в проступке мало, я хочу, чтобы этот человек с сегодняшнего дня не имел никакого отношения к органам. За халатность, за получение взятки или за нападение на аристократа, мне не важно. Он заслужил это по каждому поводу.

Кирилл Владимирович посмотрел на меня так, будто впервые увидел.

Затем заиграла музыка, он поднял трубку и после пары секунд остановил меня, когда я уже вышел.

— Господин Митрофанов, — хмуро произнёс он. — Вам придётся остаться, а так же вашему водителю.

Иван Борисович хочет возбудить в вашем отношении уголовное дело по причине нанесения тяжких телесных повреждений его сыну.

— Приехали, — поднимаю глаза к потолку.

Снова усаживаюсь в кресло, набирая Светлану и диктуя ей адрес.

— Значит решили поиграть в суд, будет вам суд, — произнёс я непонимающему капитану.

***

В кабинете Кирилла Владимировича сидели трое, Громов, я и сам начальник отделения.

— Я не хочу выносить дело на публику, — начал капитан, собрав аристократов в кабинете и не стесняясь стирая испарину со лба.

— Давайте решим дело миром.

— А я не против, — зеваю. — Чего мне опасаться, если все факты на лицо? Но вы, капитан, моё предложение услышали.

— Услышал, — кивнул усатый.

— Какие факты? — спросил Громов, прищуриваясь. — Женя получил тяжелые травмы, я позвонил своему старому другу, Рудольфу, чтобы он нашёл мне виновника.