Граф Воронцов. Книга I

— Дед, ты взгляд попроще сделай. Вдруг у вас эти макры и в виде валюты используются.

Михалыч все же принял мое замечание и начал пояснять.

Валюта — рубли бумажные и копейки монетами. Курс примерно равен текущему, разделённому на сто.

— Также у тебя как у наследника, — начал он и резко замолчал.

— Мне кажется, ты не договорил...

— Это... — старик замялся. — В общем. У тебя, как у владельца моего кольца, есть особенность, с которой, увы, я не смог совладать. — в его глазах, казалось, мелькнула какая-то искорка разочарования, но мне лишь показалось.

— Как я тебе уже говорил, у Изнанки есть уровни, но ты, — он указал пальцем в мою грудь. — Можешь попасть в подземный мир. Иную Изнанку.

«Ну, точь-в-точь, Дозоры, — мысленно ухмыльнулся я. — Иные.»

— Существа, которые живут там, в корне отличаются от тех, кто обитает на первых пяти уровнях. У них мертвые сердца, но...

Мне, определенно, не нравилось, как он растягивал информацию. Сложилось ощущение, что он сомневается, стоит мне это рассказывать или нет.

— Дедуль, — я решил с поторопить его. — Если бы я не умел держать язык за зубами, я бы сдох не дожив и до тридцатки. Не скрывай от меня информацию, если она жизненно важна.

Он долго сверлил меня взглядом, но все же решился рассказать мне:

— Существа подземной Изнанки — мертвы. Уже мертвы. Но в их сердцах содержится самый редкий макр. Тот, который использовал этот кретин, — ткнул опять же в меня пальцем. — Для создания своего порошка. Его рецепт ценен, да, но цена такого макра — в разы выше, чем самого наркотика.

— Понимаю, — улыбнулся я. — Парнишка и не понимал, какую драгоценность держит в руках.

— Именно, — старик облокотился на спинку кресла. — Эти самые сверх макры могут тебе помочь освоиться в мире, наладить связи и, возможно, изменить направление в бизнесе твоего покойного отца. Однако...

— Что?

— Я верю в то, что ты — взрослый, расторопный и аккуратный взрослый мужчина, но в тебе, все остальные, видят именно бездумного говнюка.

Я хотел было возмутиться, но дедушка Женя сразу же отрицательно покачал головой, мол, молчи.

— Даже, если тебе это все не нравится, выбора нет. Просто так из бизнеса тебе не выйти, ты это и сам понимаешь.

— Понял-принял, — сухо ответил.

— Все же я был правой рукой твоего отца, и могу тебе сказать только одно: кроме меня, у тебя никого нет здесь. И не будет.