В некотором царстве… Сборник рассказов

Достоевский пусть пока отдохнет со своей слезой младенца. Здесь можно и переступить черту.

Звонок.

-Н-ну как, П-пяткин,– заикался неизвестный,– надумал?

-Да,– выдохнул Илья.

-Т-то-то. Двадцать лямов в рябчиках и ты к-король. Бабло принесешь в м-морг 366-ой больницы. З-зайдешь ночью с торца, первая д-дверь направо. Посылку оставишь в холодильнике для т-трупов. Камера-15.

-А как-нибудь иначе нельзя?– испугался перспективы оказаться в морге Пяткин.

-И не шути, а то т-тебя туда труповозка привезет. П-понял?

-Как не понять,– вздохнул Илья.

– Что с Баблуйским?

-П-полный порядок.

-У меня сейчас нет двадцати миллионов.

Узнав, что Илья может наскрести лишь десять, заика предложил частично расплатиться ролс ройсом.

-Еще себе н-наворуешь,– успокоил неизвестный.– Помни о м-морге.

Илья вытер липкий пот со лба. Внутри жидким азотом разлился страх. А если подставят, свалят похищение или, не дай бог, убийство депутата на него? Вдруг это хитрая ловушка для дурака, блеф? Может, в морге засада, возьмут с деньгами, не отвертишься.

А не пойдешь, тоже конец. Зачем соглашался? Наверняка, разговор записывается. Но депутатство, это же сказка…! За год такую карьеру еще никто в мире не делал. Рекорд для книги Гиннеса.

-Хорошо. Пусть будет так.

-Ролс оставишь у в-восточных в-ворот клиники. Ключи в замке, д-дверь не з-закрывай. В ОСАГО вп-пишешь П-потапову А-альвину Эдуардовну. Н-не перепутай, д-депутат.

Опустошил кассу экстренных расходов. На взятки и подкупы было отложено три с половиной миллиона.

Взял три, плюс свои и ролс лимонов на восемь потянет. Как раз. Валька в кассу потом доложит.

Оставив любимый автомобиль у восточных ворот, поздно ночью в пятницу Илья втащил тяжелый коричневый кейс в морг 366-й больницы. Стены страшного заведения распространяли запах формалина и вареной капусты. Илью чуть не вырвало. В полутьме коридора нащупал ручку крайней справа двери. Ни души.

В помещении горел синий свет. Посреди – патологоанатомический стол с желобами для стока крови, по стенам – пеналы холодильников.

Вот и ячейка ?15. Приоткрыл дверцу, потянул на себя ручку. Пенал выкатился.... И о, боже!

Перед ним лежал мертвый депутат Баблуйский с кровавой отметиной на лбу.

Илья отпрянул. Ему показалось, что у покойника дернулось веко. Ноги подкосились. Один на один со смертью. Такого еще не было. Страшно. Хотя, чего пугаться, вся наша жизнь – сплошной блеф судьбы, с которой садиться играть бесполезно. Пора бы уже привыкнуть.