Знать

В замызганном и захудалом парадном зале находилось шестеро, не считая прислуги. Барон Роман Игнатьевич Авалов, хозяин поместья и Родового замка Аваловых, сидел во главе стола, ножки которого уже совсем исхудали и вот-вот готовы были обвалиться. Единственное, что спасало мебель от окончательного краха – это малое количество яств на столе. Большего Аваловы себе позволить не могли.

Пятеро сыновей, все как один черноволосые и рослые красавцы, сидели по бокам стола и молча ожидали, пока отец выскажется, ведь собрались они здесь именно за этим.

Каждый месяц глава семейства собирал своих отпрысков для беседы, так называемого вечера свеч, за которым он обсуждал с ними события прошедшего месяца и спрашивал об их планах на жизнь.

Вопреки тому, что свечи уже давно не использовались во всём мире для освещения пространства в угоду электричеству, Аваловы чтили традиции. И сегодня весь зал был уставлен белыми восковыми свечами.

К удивлению всех присутствующих, Роман Игнатьевич, из раза в раз начинавший беседу со своего старшего сына, изъявил желание начать с самого младшего – Тита Романовича Авалова.

Парнишке в этом месяце стукнуло восемнадцать, и его планы заботили Романа Игнатьевича больше, чем планы остальных детей. От старших сыновей он не ждал ничего особенно, ведь всякий раз они как под копирку говорили одно и тоже. О том, как они мечтают стать сильнее и вернуть дому Аваловых былое величие, утраченное после кровопролитной гражданской войны южан за влияние. И ни один из них так и не сумел воплотить свои слова в жизнь. Барон знал, что его дети выросли сильными и очень мужественными на вид, но всё это напускное, и нет в них духа, который был присущ их Роду.

Чего только стоит старший, который уже с десяток раз ввязывался в дуэли. Да, он ни разу в них не проиграл, но и противники его были слабы, как девчонки. Рода слабые или новоиспечённые, а как-то он и вовсе осмелился вызывать на дуэль простолюдина. В глазах своего отца, старший сын был слабаком, отлично разбирающимся в том, с кем можно цапаться, а с кем нельзя.

Благодаря своей внутренней «чуйке», он всегда избегал неприятностей и выходил сухим из воды.

Примерно такой же модели поведения соответствовали и средние сыны, всюду таскающиеся за старшим. Барон прекрасно знал, что они говорят у него за спиной и как к нему относятся. Недавно ему стукнуло шестьдесят шесть лет, а он всё никак не хотел умирать, и это бесило старшего, которому уже перевалило за третий десяток.