Знать

Я подарю тебе милосердную смерть, какую подарил матушке.

Удивительно, но Барон ничего не ответил. Он молча сверлил своего отпрыска взглядом, стараясь разглядеть в нём благоразумные мысли. Эх, старик, куда же ты смотришь? Твой сын – пропащий человек и уже давно заслуживает смерти. Неужели ты готов цепляться за него даже после услышанного?

— Почему молчишь, отец? — Демид лукаво улыбнулся. — Неужели ты ничего не скажешь своим детям на прощание?

Братья Демида, так же поднявшиеся из-за стола, встали позади меня.

Все, кроме Тита. Он остался сидеть на месте, и очень скоро Демид это заметил. Переведя на него свой взгляд, он обнажил свой меч и приставил к горлу отца.

— Братец, так и собираешься сидеть? Может, хочешь заступиться за отца? Знаешь, я был бы не прочь с тобой сразиться, — он взглянул на отца и самодовольно ухмыльнулся. — Отец верит в тебя, возлагает большие надежды и считает сильнейшим, но я знаю, что ты - слабак. Как думаешь, мне стоит и тебя убить, чтобы ты лишний раз не мешался под ногами?

— Демид, мы так не договаривались, — в разговор включился средний сын – Иаго.

— Ты обещал, что никто больше не пострадает.

Старший громко и наигранно усмехнулся, убрав клинок от горла отца и направив остриё в сторону Тита. Он раздосадовано покрутил головой:

— К сожалению, наш младший братец слишком своевольный. Боюсь, он может сбежать из поместья и рассказать всем о том, что тут на самом деле произошло. Нельзя оставлять его в живых.

Не то чтобы мне нужно было убеждаться в окончательном уродстве этого подонка, но своими словами он себя закопал.

Насколько же нужно быть конченным, чтобы всерьёз говорить об убийстве родного брата и отца? Нет, так дело не пойдёт.

Я уже хотел вмешаться в этот балаган и приступить к своему плану, но меня опередил Роман Игнатьевич. Похоже, перспектива смерти младшего-таки заставила его заговорить.

— Демид, сын мой! Опомнись! — Барон поднял взгляд и вопрошающе всмотрелся в глаза своего непутёвого отпрыска.

— Зачем тебе всё это? Хочешь убить меня и занять моё место? Пожалуйста, я уже своё прожил и не страшусь смерти, но я умоляю тебя! Не трогай Титуса! Обещаю тебе, он не станет распространяться о том, что здесь случится. Нет, я даю своё слово, он покинет усадьбу и больше никогда не вернётся в поместье! Вы о нём не услышите! Оставь ему жизнь, пускай живёт!

Ого! Отец готов пожертвовать жизнью ради сына? Я точно в нём не ошибся, когда посчитал порядочным.