Крестоносец: Железная земля

Будь у меня клеймор Андрея Михайловича, я бы не усомнился в эффективности удара. Тем не менее, я рискнул рубануть по бармице, и меч, подаренный де Фанзаком, меня не подвел – кольчужная сетка разошлась под клинком, раскаленная фламенант-медальоном сталь рассекла шею и перерубила спинной мозг мертвеца. Воин праха повалился в снег, как лишившаяся устойчивости кукла.

Переводя дыхание, я обменялся взглядом с Ганелем и обернулся. Поле боя было за нами. На ногах оставались только два воина праха, и Домаш успешно теснил их, то, что осталось от инквизитора Бодина, продолжало дымить и распространять страшный смрад горелой кости.

Все происходящее воспринималось, как в кошмарном сне: звуки боя, звон металла, крики слышались мной как какой-то сплошной гул, будто в уши мне налилась вода. Я бросился на помощь Домашу – это была хорошая идея, потому что одна из тварей разбила щит Домаша, и роздолец с трудом парировал удары своих противников. Я отвлек нежитей на себя и дал ему возможность отбросить выщербленный в бою топор и обнажить меч. Домаш не остался в долгу – он великолепным палаческим ударом с разворота снес башку одному из жмуров, и в конце концов мы совместными усилиями разделались с последней тварью, буквально разделав ее на части.

Едва все закончилось, появился Суббота. Его лицо было бледным и мокрым от пота, глаза горели. В одной руке он держал кройцшип, в другой голову де Сантрая, ухватив ее за волосы.

- Вот и все, - сказал он странным тоном.

– Мама может спать спокойно. Семейные дела закончены.

- Лукас, я должен поблагодарить тебя, - сказал я, выступив вперед. – Если бы не ты…

- Знаю, - бросил дампир. – Вы вели себя, как слепые щенята. Тварь приготовила для вас ловушку, и вы чудом спасли свои задницы. Но теперь это неважно. Это был хороший бой.

- Лукас, мы выяснили, зачем вампирам нужен Зерам Ратберт, - произнес я.

- Обыщите Бодина, - посоветовал дампир, бросил голову в снег и сам уселся на кусок, отвалившийся от чаши бассейна.

У инквизитора мы не нашли ничего, кроме перстня и нескольких гельдеров в кошеле. Затем Лукас обошел поверженных солдат праха и каждому отделил череп от тела.

- Можно уезжать, - сказал он, закончив с этим неприятным занятием. – Об остальном поговорим в более уютной обстановке. Этот монастырь действует мне на нервы. Займитесь лошадьми, а я пока осмотрю папашин кабинет.