Крестоносец: Железная земля

- Лично у меня только один вариант: отправляться в Заповедь, - сказал я.

- Я поддерживаю Эвальда, - заявила Элика.

- А мне без разницы, панове, - ответствовал Домаш. – Мне все едино, с кем драться, и где подохнуть.

- Милейший лорд Домаш, а что ты там распевал во время боя? – внезапно поинтересовался Суббота. – Я, признаться, не особо вслушивался в слова песни, бо было не до этого. Но ревел ты, как раненный бык. Впечатляюще орал.

- Да пустое это все, - ответил байор и покраснел. – Так, старая роздольская песенка.

Весьма похабная, надо сказать, и это, в приличном и чувствительном, особливо дамском обществе к исполнению не рекомендованная.

- Я расслышал в твоей песне, почтенный байор, только « мать заиметая» и «конский член», - подал голос Ганель. – Признаться, я и сам дал волю языку.

- Покайтесь, дети мои, - с самым серьезным видом заявил дампир, глядя на нас, - ибо вы совершили грех сквернословия. Неназываемая Бездна ждет вас, ежели не покаетесь.

- Хватит юродствовать, Суббота, - сказала Элика.

–Наше мнение ты услышал. Теперь говори, что задумал.

- Хотел бы я иметь под рукой других бойцов, более опытных и испытанных, - произнес дампир, глядя куда-то в сторону. – Но у меня, как и вас, нет выбора. Жернова судьбы запущены и кого-то они должны перемолоть. Но я здесь старший, потому и приму решение за всех.

- Итак, что будем делать? – спросил я.

- У нас две цели – нечто, скрытое в Заповеди, как вы меня уверяете, и Ратберт. Орден велел мне найти Ратберта. Но есть еще это, - Лукас показал нам серебряный медальон из баз-Харума, висевший у него на шее на цепочке.

– Полагаю, Ратберта искать уже не надо, мы узнали, зачем он был нужен вампирам. Он просто ходячий кусок карты, путеводная нить к главному призу. И этот приз находится в Заповеди. Посему едем в Заповедь, другого пути у нас теперь нет.

- Йес! – воскликнул я. – Какого ж хрена ты ломался, Лукас? Ты ж с самого начала принял такое решение.

- Молодость нахальна и бесстрашна, - ответил Суббота таким тоном, что я вздрогнул.

– Молодость не боится смерти, потому что не знает ее истинного обличья. А я знаю. Я встречался с ней. И потому я дорожу своей жизнью.

- Да ты просто трус, Суббота, - с некоторым вызовом в голосе сказала Элика.

- Иногда быть трусом не зазорно, - Лукас выпил вино из кубка, вновь потянулся за кувшином. – Если мы унесли ноги из Харема и сделали одного малака и десяток мертвецов, это не значит, что в следующий раз удача снова будет на нашей стороне.