Крестоносец: Железная земля

– Добавляем монетку из могильника в Баз-Харуме, которую ты носишь не шее, и то, что сказал нам дух Бодина и получаем ответ: мы накануне грандиозного шухера. Возрази мне, если я не прав, Суббота.

- Ты прав. И доказательство тому – то, что с тобой случилось. Высокий Собор готовит поход на востоке, ибо так хочет император. И этого ждут магистры Суль, чтобы нанести свой первый удар. И нанесен он будет здесь, в Кланх-о-Доре. Отсчет времени пошел на дни, сынок.

- Что мне нужно делать?

- Для начала отправишься к королеве Вотане.

Расскажешь ей все, как есть, до мельчайших подробностей. Про святилище, про стол, про Заповедь. Королева должна тебе полностью доверять. Она прикажет тебе доставить ей предмет из Заповеди – ты согласишься. Закончив дела в Левхаде, возьми с собой Домаша и поезжайте в Виругу, вот сюда, - Суббота развернул на столе карту, показал на ней нужное место. – Там и встретимся. За Элику не беспокойся, мы с Ганелем за ней присмотрим. У тебя неделя, шевалье. Больше времени дать не могу. У нас его просто нет.

***

Аптекарь, сгорбленный старенький имперец с красными слезящимися глазами, долго читал рецепт, а потом посмотрел на меня со страхом.

- Да, милорд, у меня есть все необходимые ингредиенты, - прошамкал он. – И я могу изготовить для вас… это снадобье. Только осмелюсь спросить – вы уверены, что вам так необходим эликсир?

- Да, уверен. И заплачу вперед. Сколько вы хотите?

- Пять золотых, милорд.

Составные части эликсира весьма дороги.

- Хорошо, - я отсчитал требуемую сумму и прибавил еще один гельдер. – А это вам за молчание.

- Нет, сударь, - старик покачал головой и придвинул монету мне. – Я не возьму с вас ни гроша лихвы. Мое молчание ничего не стоит, поверьте. Приходите завтра, к открытию моей аптеки.

С Аптекарской улицы мы с Джаремом отправились прямо в резиденцию епископа, чтобы забрать Домаша и вместе с ним ехать в Левхад. Здесь меня ждал сюрприз – оказывается, байор уже вторые сутки в замке не появлялся.

Лошадь роздольца стояла в конюшне, и это вызывало беспокойство. Расспросы слуг и послушников тоже ничего не дали. Подавив раздражение, я сел на коня и поехал в город. Я примерно догадывался, где мог зависнуть мой роздольский друг.

В Кале, как мне сказали в замке, было два борделя и примерно дюжина кабаков. В первом веселом доме мне было сказано, что господин, похожий на Якуна Домаша, у них не появлялся.