Крестоносец: Железная земля

– Не пробовали будущее предсказывать?

- Представьте себе, пробовал. Год назад даже составил для императора докладную записку, где предупреждал о… Впрочем, неважно, о чем. Император мне не поверил – или не захотел поверить. Но я не в обиде.

- Мне бы вашу уверенность, - я поперхнулся слюной, закашлялся, перевел дыхание. – Скоро все определится.

- Да уж, - Ганель повернулся к Локсу, который смотрел на нас из глубины фургона злым взглядом. – Через каких-нибудь пару дней. Все у нас, господа, будет хорошо.

Глава 3

Прими свою участь

Голоса были громкие, молодые и пьяные.

И веселые. Ржут, как лошади. Да еще и музон в машине врубили на полную мощь. Может, оно и хорошо, что молодежи весело. Плохо то, что уже третий час ночи, и мне утром на работу.

Встать что ли, крикнуть им в окно, чтобы громкость прикрутили?

Сбрасываю одеяло, подхожу к окну, и тут слышу, как мой сосед с третьего этажа, дядя Леша Кубынин, в самых простонародных выражениях озвучивает веселой компании свои претензии. Эмоционально, надо сказать, озвучивает.

И, что самое интересное, на гуляк подействовало – гугнивая рэп-речевка из хрипящих от перегрузки динамиков тут же затыкается на полуслове, голоса разом стихают, слышно, как хлопают дверцы машины. По двору ползут световые полосы от фар, и веселая компания сваливает, оставляя за собой звенящую тишину.

Уф, хорошо, можно теперь завалиться и…

Внезапно по спине пробегает морозная волна. Волосы начинают шевелиться. Неожиданная, странная, непонятно откуда пришедшая в голову мысль, заставляет забыть о ночных гуляках.

У МЕНЯ В КУХНЕ ГОРИТ СВЕТ!

Блин, я ведь отлично помню, что перед тем, как лечь спать выключил свет везде. Тогда какого черта…

На цыпочках подбираюсь к двери своей комнаты и выглядываю в зал. Точно, в кухне светло. И мне почему-то становится страшно.

Даже не одевшись, выхожу в зал и прохожу по коридору до кухни. Закрытая остекленная дверь в кухню в темноте кажется сияющим туннелем, тем самым, в который, по свидетельству очевидцев, уходит душа.

Толкаю дверь и застываю на пороге.

За столом сидят три женщины. Мама, Домино и незнакомая мне особа в белом платье ис вуалью на лице. На столе чашки из маминого любимого сервиза, красного в белый горошек, но они пусты. И вообще, в кухне почему-то ужасно холодно.

- Мама? – Что-то странное с моим голосом, он звучит, будто издалека. – Домино?

- Удивлен? - Мама даже не шелохнется, продолжает сидеть неподвижно и смотреть на меня чужими глазами.