Кель'Дорей, эльф из мира Warcraft

Сейчас тот больше напоминал одушевленное цунами, пытаясь преодолеть сопротивление, очевидно, шамана племени. Наконец, колдун воздел над головой свой посох, что-то прокричав на своем наречии. В ту же секунду посох рассыпался, а мой элементаль, разочарованно заревев, исчез.

Буря улеглась, и о ней теперь напоминали лишь тела мурлоков, во множестве всплывавшие повсюду. Похоже, я погорячился с предположениями о том, что амфибий невозможно было утопить...

Обезумевшие от разрушений, которые я принес их деревне, мурлоки попытались на меня наброситься толпой.

Стоило мне, однако, приготовить плетение молний и заставить несколько разрядов пробежаться по рукам, как мурлоки неожиданно вспомнили, что большая часть трупов на мелководье была моих рук делом. Молнии были не столь эффектным оружием, как мой элементаль, но достаточно смертоносным, чтобы отправить на тот свет любого расхрабрившегося дурака.

Не будь сам дурак, лично я больше входить в воду не стал. Одного раза хватило.

В любом случае, передние ряды как-то резко затормозили, после чего боевой задор мурлоков резко пошел на спад.

В следующие полчаса сложилась патовая ситуация: я избегал покидать свой небольшой пятачок, а мурлоки избегали ко мне приближаться. Лишь изредка особо дерзкие пытались осыпать меня камнями, или, подбежав, обругать на своем наречии. Таких я осыпал огненными стрелами, лениво и почти не целясь. Так могло продолжаться довольно долго — огненными стрелами, а точнее искрами, я мог кидаться хоть до самого вечера.

Шутка в том, что к тому времени я снова смогу вызвать элементаля, а посох у шамана мурлоков уже поломался.

Мой план действий заключался именно в этом, хотя в итоге всё получилось даже немного проще.

Мурлоки, получив указания от своего шамана, собрали все тела своих соплеменников и собрались уходить. Я с удивлением наблюдал за племенем, выстроившимся вокруг шамана. Тот, очевидно, сделав последние внушения соплеменникам, зыркнул на меня напоследок, после чего вместе со всеми уплыл, держась на солидном расстоянии от пятачка посреди реки, где я сейчас находился.

Почему-то я был уверен, что на месте не осталось ни одного мурлока, чтобы неожиданно поймать меня в ловушку на воде или подстроить другую пакость.

Я остался один в деревне амфибий, от которой остались лишь ракушки и прочий мусор, плавающий в воде.

— Победа, что ли? — неуверенно подумал я и попытался отряхнуться от ила, стекавшего у меня прямо с волос, превратившихся в грязные мокрые патлы.