Книга 1: Затихающий пульс

Обычного телевизора у меня всё равно давно нет, пропил как-то, а была хорошая дорогая плазма. Поэтому я вернулся за телефоном и полез в поисковик. Но там пока особо ничего не было, в новостных лентах тоже глухо. Тогда я открыл телеграм. И вот тут уже начали появляться первые робкие посты на эту тему, а комментарии с каждой секундой набегали десятками. Значит это всё-таки массово, а не моя шиза, наверное.

Чайник щёлкнул кнопкой, я достал банку кофе, почти закончившегося, посмотрел вокруг в поисках чашки, нашёл какую-то грязную, сполоснул её и насыпал кофе, залил кипятком.

По кухне сразу же разнёсся приятный кофейный запах. Сыпанул туда ещё пару ложек сахара из потрескавшейся сахарницы, продолжая листать каналы в телеграм. Ничего конкретного и понятного, а люди тем временем бурлили в комментариях. Тут я ничего не узнаю, хотя подтвердился сам факт, что это происходит массово.

Я взял кофе, вернулся к себе в комнату в поисках пачки сигарет. В итоге нашёл всю мятую, но в ней ещё оставалась половина. Живём! И со всем этим добром вышел на балкон, цапнув ещё спички по пути.

На улице бурлило лето, мягкие солнечные лучи разогревали землю (май был достаточно холодным и дождливым). Поэтому все устремились на улицу. Под окнами была небольшая парковка и пешеходная дорожка. За ней начиналась детская площадка и небольшой скверик с деревьями. Дом напротив почти не было видно, его загораживали деревья с густой листвой. Я жил в высотной многоэтажке на седьмом этаже. Балкон был достаточно просторный. Тут валялись старые инструменты и стояла тумба, куда я и поставил чашку с кофе рядом с пепельницей Быстро прикурил сигарету и глубоко затянулся. Верблюд — не самые лучшие сигареты, но мне не приходилось выбирать. Времена, когда я мог позволить себе лучшее, давно прошли, хотя я и курил всего пару лет, начал за год до случившегося. По площадке бегают дети, мамочки на скамейках что-то обсуждают. Машины проезжают, отсюда видна даже дорога слева. Люди идут по своим делам. Хм…

Я отпил кофе и зажмурился.

Нет, надписи никуда не делись, всё так же продолжался отсчёт: 2:41, 2:40, 2:39. Справа что-то громыхнуло за перегородкой, а затем открылось окно. Соседи. Не сильно они меня любили, но в последнее время я старался не дебоширить и отношения вроде как стали налаживаться. Хотя я теперь не отличался приветливостью. Мужик Егор, в возрасте уже под полтинник, и его жена Клавдия, лет на пятнадцать моложе мужа. Видимо, они тоже вышли посмотреть, что будет. Егор заметил меня.