Дэн. Папин бродяга, мамин симпатяга

Размышляя таким нехитрым образом, направился к орущему зэку.

Оооууу, колено выглядит, мягко говоря, неважно. Неудивительно, что он так орет. Сомневаюсь, что поблизости найдется настолько хороший доктор, что сможет ему помочь.

А это значит, что придется поработать сестрой милосердия и облегчить муки страдающего.

— С-с-стой! — прохрипел он, увидев, как я приближаюсь к нему. Совсем голос сорвал, пока орал. — Мы не хотели, ты сам виноват…

Не, ну охреневший же тип. Я даже замер на секунду и задумался, ну а вдруг я реально сам виноват? Да не, ерунда какая.

Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда.

Даже дослушивать его не стал, хотя он явно хотел что-то еще добавить.

Ну вот что за человек? Даже на пороге виртуальной смерти отказывается взять на себя ответственность за свои же проступки! Контрольный в голову и идём быстро дальше.

Надо проверить последнего, ну или первого. Смотря откуда считать. Вмазал я ему по мозгам, будь здоров. Не удивлюсь, если он после этого идиотом останется и слюни начнет пускать.

Хотя он и до этого интеллектом не блистал.

Хм, вроде не дышит. Для проверки легонько пнул его под ребра, заодно перевернув на спину. Ноль реакции. Проверка в оповещениях – и вправду, готов. Вот ведь … досада.

ОР под завязку. Надо было сначала проверить, а потом добивать хромоногого. Затупил. Все же сражение с людьми выбило меня из колеи.

Так, чем бы поживиться? Кувалды слишком тяжелые. Ножи – в кровище. Замучаюсь оттирать. Да и не настолько они и хороши, если присмотреться.

Нам чужого не надо, особенно если это чужое не несет в себе особой ценности.

А вот теперь пора бы и честь знать.

Судя по звукам, сюда в хорошем таком темпе приближается туева хуча людей. Оревуар пацантрэ, я ухожу по-английски, не прощаясь. Уж не обессудьте.

Я уже рванул было назад, когда что-то меня насторожило.

Мгновенно прыгнул к ближайшему каменному шипу и бесшумно забрался на самый верх.

На мгновение накатил какой-то иррациональный страх, и я, недолго думая, максимально плотно вжался в камень, стараясь слиться с ним как можно сильнее, чтобы облегчить работу Скрытности, и замер.

На самой грани ощущений возникло беспокойство, словно кто-то тихонько постукивает по стеклу.

Между тем голоса все приближались, и надо было срочно что-то решать.

Выбирая между непонятными ощущениями, которые призывали меня валить отсюда и очередной стычкой с многочисленными бандитами, я выбрал первое.