Чисто римское убийство

В чистой, ярко-зеленой с золотистой оторочкой тунике секретарь выделялся на хозяйственном дворе как птица павлин в курятнике.

– Аякс, слава Доброй богине, ты вернулся. Немедленно ступай в дом. Господа ждут.

– Зачем еще?

Гладиатор сплюнул на плотно утрамбованную землю. Аякс не скрывал пренебрежения к жеманному секретарю со дня первой встречи и не видел никаких причин, почему сегодняшний день должен стать исключением.

С высоты своих шести футов роста Парис смерил низкорослого рудиария презрительным взглядом, и процедил:

– Хозяин велел.

Если секретарь надеялся, что упоминание хозяйского приказа произведет на гладиатора впечатление, то напрасно. Аякс не шелохнулся.

– Ага. Сейчас. Побегу. Только, мне умыться надо. С дороги.

– Сейчас ступай. Ждет господин, – в голосе секретаря прорезалась плаксивая обиженная нотка, чего рудиарий, собственно, и добивался.

– Ладно. Подойду сейчас, – он обидно ухмыльнулся Парису в лицо.

– Ты сейчас подойди, – Парис не отставал.

– Сейчас и подойду. Камень отнесу, и приду. – Рудиарий встряхнул висевший на плече пыльный мешок, отчего лежавшие в нем ножи глухо лязгнули. – А то, если хочешь, можешь сам отнести. Тут до кухни недалеко. Хватай и неси.

Аякс сделал вид, будто собирается перевесить мешок на плечо секретаря, и тот испугано отскочил.

– Ладно тебе, неси свой камень, только скорей.

– Ага. – Аякс согласно кивнул, но не сдвинулся с места, с достаточно наглым, как он надеялся, выражением лица, рассматривая растрепавшуюся от беготни прическу Париса.

Щеголь фыркнул, гневно, но, не очень разборчиво пробормотал себе что-то под нос и бесславно покинул поле боя.

Аякс некоторое время смотрел ему вслед, стронувшись с места, лишь когда секретарь скрылся в доме. Небрежным движением сбросив на землю свой мешок, рудиарий решительно шагнул не к дому и даже не к кухне, а совсем, наоборот, к калитке, через которую он только что вошел.

*****

Велабрский сыр дразнил обоняние душистым, дымным ароматом, нежнейший паштет из гусиной печенки таял во рту, выдержанные в молоке улитки шипели на сковородке в кольцах жареного лука, а луканская колбаса сочилась сочными медовыми каплями. В печи доходил гусь, фаршированный ветчиной и орехами. У Лоллия были все основания гордиться своим поваром, который за такое короткое время сумел приготовить обед достойный Лукулла.